– Яночка, вы теперь с Никольским?
– сказала одна из них.

– Допустим. И что?
– уточнила Яна.

– Жаль, когда приходится соглашаться на таких…

И столько псевдо сочувствия. Вот. Тварь.

– Ничуть, - отрезала Яна.
– Зато я точно знаю, что он ни налево, ни на право, ни по диагонали не пойдет. Чего нельзя сказать о вашем муже. К тому же интересно посмотреть кто осенью станет водить Аню в школу. Вы или новая госпожа Рихова? Вы какая жена по счету? третья? Пятая?

Вот, так и подавись. Выйти замуж за кобеля значит само стать с…

Яна ушла на стоянку и только сев в машину обдумала свои слова. Что-то она в последнее время совсем несдержанная стала. Может снова увеличить количество таблеток? Хотя бы до пятнадцати?

Они с мамой постепенно уменьшали количество таблеток. Но мама мертва и доза вот уже два года не меняется.

– Что стряслось? Что они опять натворили?
– спросил Владимир по дороге на ее работу.

– Это не она, а я. Прошу прощения за несдержанность, - покаялась Яна.

– В чем дело? К чему готовиться?

– Ну… я немного пообщалась с Риховой. Мачехой Ани.

– Ну, очередная жена Стаса и?

– Ну… я немного перешла грань.

– Матом высказала кто она такая?

– Не совсем.

– Ладно. Думаю скоро узнаю, - хмыкнул Владимир.

– Этого я и боюсь.

– Все так плохо?
– с улыбкой спросил он.

– Да.

– Яна?

– Ну… мы обсудили вопрос выбора спутника жизни. Там… э…

– И?

Яна осмотрелась и обрадовалась, что они уже приехали. Как хорошо. Владимир выпустил ее из машины и тогда она решилась:

– Понимаешь. я разозлилась…

– И?

– Ну… в общем я сказала, что ты от меня никуда не денешься, а будет ли она женой Рихова осенью еще вопрос. Спасибо что отвез. До вечера!

И Яна сбежала.

Владимир.

Он посмотрел ей вслед и невесело усмехнулся. Действительно куда от нее денется? Никуда. Она одна из немногих кого не пугала и не отвращала его внешность. Словно в этом не было ничего из ряда вон. Хотя даже он временами свою рожу видеть в зеркале не мог.

Еще весной предложение матери познакомится с мамой Лешки вызвало у него смех с привкусом истерии. Куда ему знакомиться? А то мало насладился реакцией нормальных женщин? Хватит с него. Последние несколько лет Настя его полностью устраивала. Ну как полностью - почти. Ее не передергивало от отвращения когда он к ней прикасался. Хотя сама его она не ласкала. Кроме одного определенного органа. Но как бы там ни было свои деньги девочка отрабатывала. Поэтому он без проблем отстегивал ей каждый месяц необходимую сумму. Пока учится никуда она не денется. А там видно будет.

Кто бы мог подумать, что горячность юности аукнется таким образом? Чечня. Романтика. Его дурь, можно было быть умнее кто знает и не попал бы ГРУ. Не оказался бы в той злополучной машине, подорвавшейся на мине. Или сдох на месте, как остальные. Первое время он искренне думал, что ему не повезло больше остальных. Он выжил. Его даже спасли, хорошие врачи попались. Причем полностью собрали. Да, потрепало прилично. Переломанный был весь, но вылез. Выжил. А то что весь в шрамах и видок такой, что сам первое время пугался, ну это уже мелочи. Главное жив и цел. Остальное ерунда.

Потом гражданка. С такой внешностью только людей пугать. Зато в каких-то сферах удобнее. Нанялся дальнобойщиком. И завертелось.

Оказалось голова и руки на месте, остальное приложится. Надо было заботиться о матери, поэтому работа стала лучшим лекарством. Потом свое дело. Проблемы, разборки, проверки. Понял, оббился, научился.

И вот теперь вроде нормальный бизнесмен, не миллиардер конечно, но на жизнь хватает. Ниша знакомая, не золотая жила, но жила. Жить будет всегда.

Потом Ленка, мечта о семейном счастье, не выдержавшаяся реальности. Вроде знал на ком женат, но те ее прощальные слова до сих пор периодически всплывают.

– Ты урод, Вова. Банальный урод. И как бы я не любила деньги, быть с тобой не хочу. Ясно? Можно не такого богатого, но нормального найти. А с тобой даже рядом стоять противно!

Благо мать приехала в гости, внука посмотреть. Она то высказала в ответ, все что думала. А думала оказывается много. И сына несмотря ни на что любила. Это оказалось неожиданно и приятно. Материнская любовь слепа.

Как оказалась сыновья тоже. Руслан не видел его уродства, не боялся и касался без проблем. И даже когда стал старше по-прежнему воспринимал нормально.

Потом появился Лешка. Сначала удивленный. Потом смущенный. А потом освоившийся, как свой. И снова детские руки, не подрагивающие от отвращения. Дети. Дети.

А потом мама, настаивавшая на своем и уехавшая в деревню, хотя давно знала о необходимости разъездов. И первая встреча с Яной, которой он слегка опасался. За год от детей он знал если не все, то многое. но все равно Яна поразила своей внешностью, но главное отношением. Она не испугалась. Не показала никакого отвращения. Да и потом попросила позвонить как доберутся, чтобы не беспокоилась.