— Чего?

— Разве ты не замечаешь, как он на тебя смотрит?

— Замечаю, — закивала я. — Иногда он смотрит на меня так, словно хочет свернуть чью-то красивую и тонкую шейку.

— Ну то, что ты его достала, я уже поняла, — довольно рассмеялась подруга и уже потом серьезно добавила. — Мне казалось, что Ромка на что-то надеялся.

— На что?

— Это ты у него спроси, — все так же серьезно ответила подруга.

Я задумалась, но как это обычно бывает — в мою блондинистую голову мысли не приходили. Вернувшись в аудиторию, я села рядом с подругой, потому что мне хотелось еще немного поболтать. Когда прозвенел звонок, Ванька начал оглядываться в поиске меня. Я кивком показала на подругу, и кажется, парень все понял.

Целых полтора часа я слушала непонятные мне термины и время от времени записывала. В основном я терроризировала подругу, чтобы она мне рассказала, сошлась с Большаковым. Лариска сначала не очень хотела вдаваться в подробности, но сдалась под моим давлением.

Я знала, что на выходных ребята куда-то собирались идти, но даже не догадывалась, что все обернется отношениями. Проведя вечер вместе, Лариса и Кирилл долго не могли разойтись и долго целовались у парня в машине. Когда же Лиска нашла в себе силы, то покинула уютное авто, пока не отдалась своему спутнику на заднем сидении. Одним вечером дело не закончилось, молодые люди переписывались полночи, а на следующий день пошли в кафе. И вновь целовались. Много. В воскресенье вечером, когда Кирилл отвозил Лиску домой, он заявил, что не прочь бы иметь такую девушку. Можете представить восторг моей подруги? Она ведь с первого курса от него тащится. Правда меня кое-что смутило, а Лариска на это махнула рукой. Большаков предложил ей покрасить волосы. Ой, не зря он на них так странно смотрел.

— Что значит перекраситься? Даже не думай!

— А почему бы и нет? — пожала подруга плечиками, обтянутыми нежно-сиреневую ткань платья.

Вот и пришлось мне отговаривать эту дурынду от покраски волос. Мне нравился рыжий цвет, делающий подругу похожей на лисичку еще больше. Если она покрасит волосы, то больше я не смогу так ее назвать, потому что сходство уйдет. Да и зачем это делать ради парня? Бред какой-то!

— Маша, — Роман обратился к старосте. — До конца пары осталось пять минут, раздай работы.

Пришлось отвлечься от разговоров и ждать свою законную тройку. Но когда листик, исписанный моим почерком, лег на парту, я застыла. Двойка? За что двойка? Я с ненавистью посмотрела на преподавателя, желая ему провалиться под землю к чертям — своим самым близким родственникам.

— И что у тебя, Яшина? — решила поинтересоваться вечно надоедливая Бобриха. — Ты же у нас столько занималась, что должна получить пятерку, как минимум.

Девушка взяла в руки мой листочек и с любопытством начала смотреть. Через несколько минут изучения, Светка выдала:

— Странно, а почему два?

Мне захотелось дать ей затрещину. Она еще издевается! Но я ошиблась — Светка искренне недоумевала по поводу моей оценки. Я смотрела на листик, мечтая его испепелить взглядом. Я словно зачарованная сидела на месте, а когда Боброва добавила «Я бы тройку поставила. С натягом, но тройку», я вскочила с места и пошла в каморку, где успел скрыться Ромка.

— Что это? — заорала я и затрясла листиком перед удивленным лицом мужчины. — За что двойка?

— За твою работу. Не злись, Паша, но ты ее заслужила.

— Заслужила? — разозлилась я окончательно и скинула со стола преподавателя аккуратные стопки тетрадей и книг. — Да ты мне просто мстишь! Отыграться за ущемленное самолюбие захотелось?

— Успокойся, — безэмоционально попросил мужчина, взирая на устроенный мной беспорядок.

— Ты зануда и педант! — выкрикнула я.

— Это одно и то же.

Это разозлило меня еще больше, и я не понимая, что делаю, кинула в Ромку горсть ручек и карандашей. Такой дождь ему явно не понравился, поэтому он вскочил со стула, на котором до этого восседал.

— Ты что творишь, ненормальная? — начал злиться мужчина.

— Это ты что творишь?! Ты специально мне пару влепил!

— Паша, успокойся, пожалуйста.

— Сначала соблазнил, а теперь решил завалить?

Ой, кажется, зря я это сказала. И так темные глаза Кострова потемнели еще больше! Он в два шага преодолел расстояние между нами и, схватив меня за плечи, сильно потряс.

— Я тебе сказал, успокойся! — свирепо проговорил Роман, окончательно вышедший из себя. — Мне надоели твои закидоны. Сколько раз тебе нужно сказать, чтобы ты поняла? Я тебя не соблазнял — ты сама прекрасно это знаешь. Ты сама подливала масло в огонь своими юбочками и чулочками.

— Да как ты…

— Молчать! — приказал Рома, впечатывая меня спиной в хлипкий шкафчик, готовый развалиться от любого прикосновения. Сам же мужчина навалился на меня всем телом, чтобы я не смела вырываться и калечить его. — Я не буду плясать под твою дудку, как твои сопливые поклонники. Ты сама расставила все точки над «i». Во-первых, ты не беременная. Во-вторых, ты моя студентка. На этом закончим.

Внезапно тяжесть Роминого тела пропала, и я по шкафу сползла на пол. Вот это я попала!