Перевал означал поворотную точку на пути чародеев. Где-то там, за спиной остались бескрайние торфяники с их трясинами и склонами, поросшими вереском, магические барьеры и родной Гендиваль. Впереди же виднелась впадина реки, окаймленная скалистыми кряжами, где и случился роковой оползень, едва не оборвавший жизни Каза и Вельдан, а также до неузнаваемости изменивший судьбу Заваля. Далее всадникам встретится домик наемницы, а за ним будет спуск на тиарондское плато.

Каждый молчал, погрузившись в собственные безрадостные мысли. Чародеев главным образом удручало состояние Завесы. Тревожные донесения и без того не утешали, но увидев собственными глазами, как мерцают и гаснут силовые барьеры, участники Тайного Совета пришли в отчаяние. Чистое сияние выродилось в пятна грязноватой окраски; в воздухе так щелкало и потрескивало, что у людей свело зубы, да и головы разболелись от ужасного неблагозвучия. Но еще сильнее угнетала мертвая тишина – в те минуты, когда защитный покров исчезал вовсе. Невыносимо было думать о том, как подобное творится по всему миру, открывая путь бедствиям и разрушениям. «Дни планеты сочтены», – с болью отозвалось в каждом сердце. Медлить больше нельзя.

«А тут еще эти ак'загары!»– сокрушалась Вельдан. Хорошо, если Аморн и Тулак не ошиблись и твари в самом деле не гнездятся в нижних горных туннелях, опасаясь частых потопов. Однако не только летучие хищники беспокоили девушку. Взор ее омрачался при виде узкого черного ущелья. Однажды она уже видела, как древние горы стряхнули опостылевший гнет земли, камней и деревьев, и жуткий обвал устремился вниз, собираясь погрести под собой чародейку вместе с ее друзьями.

– Как-то мне не по себе, – пожаловалась она дракену. – Время точно повернуло вспять, и мы идем туда, где все только начиналось.

Казарл пожал одним плечом, чуть не стряхнув при этом хозяйку.

– Какая разница, куда его несет, твое Время, лишь бы оползень не повторился.

– Точно! – с чувством отозвалась Вельдан.

Удивительно: девушка шла тою же дорогой – и не могла поверить, что была здесь всего несколько дней назад. Пролетели по крайней мере годы! Впрочем, главное, чтобы на сей раз путешествие принесло меньше неожиданностей.

«Ну-ну, блажен, кто верует. Кроме вероломных скал, впереди еще логово летучих убийц и храмовые подземелья!»

Прочие участники отчаянного предприятия стояли рядом, плечом к плечу, и бросали вниз напряженные взгляды, полные противоречивых чувств.

Элиону тоже припомнилось последнее путешествие в эти края. Тиришри тогда предрекла снежный буран, который завалит перевал, а значит, и единственную дорогу на Тиаронд, до самой весны. Фея воздуха в жизни не ошибалась – разве что сейчас, в тяжелые для всей планеты дни, когда природа будто сошла с ума. Серебристый шар – находка Сколля – показал чистый от снега путь, и потому они тут.

«Уж лучше бы окаянное ущелье засыпало доверху! Нечего мне делать в мертвом городе!

Перестань, не малодушничай, Элион. Вельдан и Каз пострадали почти так же. И вот они здесь. А ты хнычешь, желаешь обратно? Не предавай память Мельнит, не обесценивай ее смерть.

Все верно. Жаль только, что нельзя разорваться на части: напарники сопровождают Аморна в подземелья, а меня тянет уйти с другой группой, подорвать треклятый туннель».

– Ну так в чем дело? – по обычаю, бесцеремонно вмешался дракен. – Следуй голосу сердца, мы с Вельдан поймем.

Элиона захлестнула ярость. Какой-то неуродившийся хамелеон без спросу влезает в его самые сокровенные думы! Некоторые никогда не бросают своих мерзких привычек!

Но тут смысл сказанного постепенно дошел до чародея.

– Вы… вы, правда?..

– Считай меня гнусным бессовестным ящером, который любит соваться в чужие дела, – беззаботно откликнулся Каз, – но лично я не возражаю. Насчет хозяйки – сам у нее спроси.

Девушка уже не скрывала улыбки. Набралась-таки манер от невоспитанного друга!

– Элион, поступай так, как требует твой долг. Избавь мир от кровожадных тварей. Расквитайся с ними за нас троих и за несчастную Мельнит.

Соскочив со спины дракена, чародейка крепко обняла товарища. Затем чуть отстранила его за плечи и заглянула в глаза.

– Только будь осторожен. Слышишь? Не надо пустого геройства. Помни, у тебя в Гендивале так много друзей! Если посмеешь угодить на ужин ак'загарам – знай, что мы тебя не простим.

Взгляд Вельдан говорил красноречивее, чем ее слова. Элион понял все. Она боится, что безутешный напарник добровольно примет гибель вслед за возлюбленной. Странно, однако теперь ему и самому не хотелось этого. Последние дни оставили глубокий след в каждом сердце. Страдалец понял, что в жизни есть еще смысл и назначение, и даже – возможно, когда-нибудь – появится радость.

– Не волнуйся, – твердо ответил он. – Этим я переболел. Не любовью к Мельнит – она со мной навсегда, – но… Думаю, хватит уже горевать. Благодарю за помощь, друзья. – Элион звонко чмокнул ошеломленную чародейку и покосился на дракена. – Тебя целовать не буду, чудовище, хотя все равно спасибо.

– И не пытайся! – проворчал Каз.

Архимаг ушел в себя, совершенно не замечая того, что происходило вокруг. Его пробирал знакомый, неприятный озноб. Вот она, страна долгих лет изгнания и бескрайней тоски!