Долгая ночь близилась к своему завершению, когда настала очередь Алианны стоять на страже. Заря всегда запаздывала с приходом в Грим-каньон Священных Пределов. Но вот тусклый свет, что сочился сквозь решетки отдушины в погребе, понемногу прояснился и засиял ярче. И хотя до настоящего спасения было ох как далеко, утомленная девушка приободрилась. У нее будто камень свалился с души: еще один рассвет. И они дожили до него!

Для крохотной группки уцелевших жителей Священного Города Тиаронда каждое новое утро являлось тяжело завоеванной победой. Мало того, у посланников Гиларры сегодня собственные причины ликовать: перстень иерарха отвоеван, до триумфального возвращения рукой подать. Как только по-настоящему рассветет и ужасные крылатые твари покинут Священные Пределы, путники выберутся из подвала заброшенной пивоварни – и прямиком в храм.

На радостях Длианна щедро подкинула в огонь остатки дров, которые они так тщательно берегли всю ночь. Золотое пламя заполыхало во всю силу. Девушка бросила взгляд на Гальверона – и нахмурилась. Даже во сне он так суров и насторожен! На бледном лбу и ввалившихся щеках темнеют рваные раны, «памятный подарочек», оставшийся от последней встречи с летучими охотниками. А еще слышать не хотел о том, чтобы уступать ей ночную стражу! И все эта новая должность. Гальверон так самозабвенно относится к обязанностям командира Мечей Божьих, что это уже чересчур. Убиться готов, лишь бы не ударить в грязь лицом. Но ничего, верные друзья о нем позаботятся. Друзья – это целительница Кайта, кузнец Агелла и, конечно же, сама Алианна.

Но уж никак не Гиларра! По трезвому рассуждению девушки, новоиспеченная леди иерарх слишком занята собой, чтобы хоть как-то помочь несчастным, запуганным тиарондцам. Да если б не мудрая поддержка Гальверона, ни один из них не выжил бы!

И вот Гиларра посылает беднягу в обществе воровки на безумный риск – и ради чего? Чтобы найти какой-то там перстень!

Нет, Алианна, разумеется, осознает важность этого символа верховной власти Мириаля, который веками передавался от одного иерарха к другому, но разве сейчас самое время забивать голову подобной чепухой? Гиларра всю жизнь была суффраганом, никто и так не сомневается в ее священных полномочиях. Как будто требуются еще какие-либо доказательства!

Алианна отрешенно смотрела в огонь и грызла чумазый ноготь большого пальца.

«А если тут скрывается нечто большее? Не настолько же наивен Гальверон, чтобы тащиться сюда ради безделицы. Вдруг в этом перстне есть и практическая ценность, а мы, простые смертные, и не догадываемся?

И вообще, что бы он ни делал, совершается ли это единственно по воле избранного судьбой иерарха или, наоборот, любой, кто завладеет перстнем, получает вместе с ним власть и могущество?

Но раз так, зачем непременно нужна Гиларра? Будь на ее месте Гальверон»…

Мысль девушки заработала с бешеной скоростью. А почему бы нет? И впрямь, почему? Он лучше Гиларры, с какой стороны ни взгляни. Гальверон воин, битва до победы – его стихия. Солдату известно слово «порядок», он безошибочно выбирает самое важное на данный момент. Кроме того, Гальверон – прирожденный вождь: непритворно интересуется людьми, может заразить своей уверенностью даже самого отчаявшегося беженца.

Чем дальше Алианна размышляла об этом, тем сильнее крепла ее уверенность: новый командир, и только он способен провести уцелевших тиарондцев через лихие времена.

Так-то оно так…

Но Гальверон еще и честен. Порядочен до безобразия. Он ни за что на свете не предаст иерарха. Алианна тяжко вздохнула: малая толика коварства Тиаронду сейчас нужнее, чем вся эта щепетильность!

И все-таки, что значит перстень? Надо будет выпытать у командира, только поаккуратней. Воровка уже уяснила для себя: этот мужчина видит ее насквозь, как ни увиливай. А стоит Гальверону докопаться до ее истинных намерений, понять, какие интриги она замышляет за его спиной. Сначала он придет в ужас. А потом примется следить за ней, как ястреб за мышью. Глупец, ведь удача сама плывет в руки!..

«Ладно, что-нибудь придумаю. Вернемся в храм – первым делом спрошу Кайту о перстне. Уж она-то знает».

Гальверон заворочался, открыл глаза – и подскочил на месте.

– Уже день! Почему ты меня не разбудила?

– Зачем пороть горячку? – пожала плечами воровка. – Еще только рассвело. Тебе следует выспаться.

Кому она это говорит? Как об стенку горох. Мужчина вскочил и принялся собирать их нехитрые пожитки.

– Надо спешить. Иерарх, должно быть, волнуется.

«Сдалась она тебе! Пусть хоть с обрыва сиганет, нам-то что!» Алианне хватило осмотрительности не высказать своих мыслей вслух. Тем более обоим действительно пора обратно: во-первых, там ждет всезнающая Кайта, а во-вторых – завтрак! Неужели Гиларра поскупится на несколько лишних пайков для отважных героев, оказавших ей огромную услугу? Горячий вчера выдался денек, плюс полночи в карауле, и все без крошки съестного. Девушка так оголодала, что сжевала бы собственные башмаки.

Осторожно, почти по-звериному путники прокрались к двери и выглянули наружу. Вторично испытывать судьбу не хотелось: вроде бы крылатые убийцы не рыщут среди бела дня, но как знать, что взбредет им на ум в такую пасмурную погоду? Над землей нависли хмурые тучи. Священные Пределы тонули в клочьях плотного ползучего тумана, который колыхался драным одеялом при каждом дуновении ленивого ветерка. Холодные щупальца мглы так и льнули к беззащитным щекам и ладоням. Вскоре каштановые локоны воровки усеял сияющий бисер капель.