«Вы можете себе скопировать его медицинскую карту, если в этом имеется необходимость» – добавил Пирогов – «У него не было родственников, поэтому возражать особо никто не будет. С посещениями сложнее – при смене ведомственной принадлежности, сократились сроки архивного хранения журналов посещения – до трёх лет, после чего все старые материалы пошли на свалку. Поэтому данных по посещениям десятилетней давности, увы, нет».

«Ну, а теперь пора и к Соколовой!» – уведомил присутствующих консультант, вставая с удобного кресла.

Через пару минут все заняли места вокруг больничной койки Марии Алексеевны, которая к радости Пирогова, несмотря на сотрясение мозга и возможные осложнения, без труда узнала помятые лица вчерашних спасителей – Сергея, Александра и своего одноклассника Лаптева.

«Мария Алексеевна, не могли бы Вы рассказать нам о церемонии торжественного открытия госпиталя, Ваших взаимоотношениях с фондом ИнтернейшнлЧаритиФанд и исполняющим обязанности губернатора, а также о вчерашнем происшествии?» – попросил консультант.

Соколова рассказала историю последних двух недель, предусмотрительно, опустив некоторые моменты её первого и последнего разговора с Габриэль, о которых она предпочитала никому не распространяться.

«Мария Алексеевна, Вы уже в курсе последних утренних новостей?» – поинтересовался консультант.

«Нет ещё, а что случилось?» – с удивлением переспросила Соколова.

«Предлагаю Вам посмотреть новости прямо сейчас» – ответил Алик и включил телевизор, стоявший в углу современной и уютной больничной палаты.

Через несколько минут Соколова прикрыла рот рукой и с удивлением произнесла – «Иваненко сняли из-за аудиозаписи нашего разговора?!».

«Да» – спокойно ответил Алик – «Вы случайно не знаете, кто мог бы сделать эту аудиозапись?»

Соколова растерянно покачала головой и ответила – «Не знаю, мы ведь были у Иваненко только один раз и при нас он точно никому не звонил…».

Произнеся фразу, Мария Алексеевна вдруг вспомнила сколь странно и необычно вела себя Габриэль на той встрече с исполняющим обязанности губернатора. Тогда она списала всё это на то, что Габриэль была вовсе незнакома с российской спецификой ведения бизнеса, в связи с чем её поведение было весьма нестандартным, порой граничащим с откровенной глупостью. Впрочем, все последние события полностью противоречили этой гипотезе. В конце концов, ведь это именно она, Габриэль, смогла обвести Иваненко вокруг пальца.

«Если Габриэль тогда знала про запись, то это полностью меняет дело! В этом случае это была игра под плёнку, тонкая игра для исполняющего обязанности губернатора и не более. Всё сходится. Впрочем, Иваненко получил по заслугам, поэтому пусть это останется нашей маленькой женской тайной» – подумала про себя Соколова.

«А рисковая девица, эта Ваша Габриэль… И при этом весьма умная» – резонно заметил консультант, многозначно взглянув на пациентку.

«Уж что есть, то есть» – с улыбкой ответила Соколова и добавила – «Вы бы ещё видели, как она машину водит – аж волосы дыбом встают…».

«Мария Алексеевна, поймите меня правильно, но с какой стати иностранному фонду столько вкладывать в благотворительные проекты?» – поинтересовалась Людмила уже на отвлеченную тему.

«Они лишь распределяют собранные пожертвования меценатов и реализуют проекты через региональных партнёров, в том числе через наш фонд» – спокойно ответила Соколова – «Ну а уж, кто и зачем жертвует им деньги на благотворительность – я не знаю. Да и нас особо данный вопрос не интересовал, полагаю, что вы можете уточнить его в самом ИнтернейшнлЧаритиФанд».

«Мария Алексеевна, Вы давно работаете с различными спонсорами и фондами, Вы случайно ранее не имели дело с американским фондом ОпэнПаблишерФанд?» – заинтригованным голосом продолжила Людмила.

«Нет, никогда такого не слышала, да и с американцами ещё ни разу не было совместных проектов» – ответила Соколова и, не в силах удержаться, добавила – «А кто они? Чем занимаются? Их интересуют проекты в России?».

«Нет» – с улыбкой ответил Алик – «Просто они очень интересуют нас в нашем деле, несвязанном с Вашим вчерашним инцидентом».

«Мария Алексеевна, у нас вроде нет больше вопросов к Вам» – нерешительно сказала Людмила, заполнив образовавшуюся паузу, и посмотрела на Алика.

Все сложили записи и уже собрались уходить, как вдруг в последний момент консультант, обернувшись в дверях, поинтересовался – «Мария Алексеевна, кстати, забыл спросить, а почему Вы вообще взялись за это неблагодарное дело? В смысле благотворительность? Был какой-то случай или это Ваши личные убеждения?».

«Да ничего такого особенного не было. Просто в один из периодов моей жизни было время и хотелось помочь людям. Когда же начала этим заниматься, то поняла, что полагаться на других в данном вопросе нельзя и если уж делать благое дело, то непременно так, чтобы это было под чётким контролем. Создала фонд, начала работать, ну а потом уж затянуло по полной программе. Так что сейчас для меня это и дом и работа и хобби» – с улыбкой ответила Соколова и добавила, а мои профессиональные убеждения можно озвучить одной ёмкой фразой – «Не важно, сколько денег пошло на благотворительность – важно как они были потрачены и сколько пользы принесли людям».