Рука с мечом — хоть и тренировочный, но полтора килограмма в нём есть, уже оттянулась от усталости, так что я невольно оперлась ею на руку Дрейвена. Хм… Длинная, в отличие от моей. Раза в два толще. Моя на ней как весло в лодке. Так и хотелось положить руку полностью на эту живую, удобную поддержку. Хоть и вздрагивала от усилий поднять её — наперекор ему. Пришёл тут, раскомандовался. А я чего? Почему не возразила? Только хотела сказать: «Хватит!», как он спросил — и тёплое дыхание вопроса я ощутила на своей макушке:

— Кто тренировал тебя, кроме Адэра?

— Тренер.

— Откуда?

— Не знаю. Адэр нашёл его.

— Нам придётся начинать всё сначала. Кажется, тренер был в сговоре с Адэром, если только тот не повлиял на него. Тебя учили неправильно. Ты даже руку держишь неправильно. Надо вот так.

Только я хотела уже раздражённо сказать: хорошо тебе — только что пришёл, а я уже устала от тренировок, как почувствовала его руку. Мышцы шевельнулись, когда он показывал, как именно надо держать ритуальное оружие. И я попыталась повторить его движение. Раз, другой… С поддержкой на его руке это оказалось несложно, тем более невольно половину веса оружия приняла на себя его ладонь.

Поэтому я, повторив пару раз движение одновременно с его жестом, только открыла рот спросить, что там дальше, как ощутила странное над головой. Осторожно повернула голову, скосившись наверх. Дрейвен, с закрытыми глазами, легко вдыхал воздух над моей головой. Как будто нюхал, наслаждаясь… И как будто постепенно забывал, что обещал мне показать, как именно тренироваться с мечом. И, забывая, всё ниже склонялся ко мне, пока не уткнулся носом в волосы. Я поёжилась, буквально укрытая им, его огромной фигурой, сама невольно вдыхая терпкий запах его кожи и различая в нём тонкую нотку какого-то холодного парфюма, и от этого моего движения уиверн словно пришёл в себя. Он выпрямился, подобрал свои волосы, съехавшие мне на плечо, и обыденно сказал:

— На сегодня хватит. Без меня тренировок не продолжай.

Я промолчала, несколько удивлённая, но про себя возразила: будут тренировки, нет ли, но волосы мои будут пахнуть так, что отшатываться будешь, как от… Долго старалась придумать, как от чего, но на ум не лезло ничего, кроме: взять на кухне молотый перец и обсыпать им голову вместо пудры. Пусть нюхает на здоровье! Успокоившись на этой зловредной идее, я оставила меч в настенном арсенале и последовала за ним. Наверху мы, естественно, разделились: он сразу поднялся к ужину — посидеть перед тем с Брендоном, а я некоторое время плескалась в воде, смывая пот из-за довольно энергичной тренировки. Заодно стараясь отделаться от мысли, что Дрейвен пытается приучить себя ко мне, чтобы доказать, что и он, уивернский Дрейвен, тоже хороший. Последнему только фыркнула.

За ужином всё было достаточно благопристойно. Ни дать ни взять — настоящая семья. Аж рычать хотелось от этой благости…

Под конец ужина позвонил Монти.

— Моя милая леди не будет возражать…

— Буду! — улыбаясь — настолько обрадовалась ему! — выпалила я.

— … если я сейчас подъеду поговорить с Дрейвеном?

— Приезжай, жду… Ждём.

Дрейвен смотрел внимательно — локти на стол, сплетя пальцы вокруг длинной ножки бокала. Я мельком глянула на него, на его пронзительно-серые глаза и отвернулась. Тебе не испортить мне радость от встречи с одним нормальным уиверном, хоть в нём и течёт твоя кровь. И хоть он придёт именно для разговора с тобой.

Монти, оказывается, был совсем не далеко, поэтому явился к нам через минут двадцать. Э… Офигительно элегантный, как и подобает работнику посольства. Весь в каких-то побрякушках и сияющий своими светлыми волосами и светлым официальным костюмом посольского работника, а ещё сияющий, что мог так быстро примчаться.

Дрейвен только поздоровался с ним и тут же вышел, не мешая няньке развлекать Брендона перед сном.

Монти же, прежде чем пойти за ним, обратился ко мне:

— Лианна, мне нужна та запись, на которой находится сам Адэр. Ты понимаешь, о чём я. Нужна срочно и дня на два.

Пожав плечами, я вытащила запись с Адэром и отдала Монти без колебаний. Настоящая запись находилась у полиции, копия была у семейного адвоката, одну копию я сохранила для себя. Если что произойдёт с этой, всегда могу спросить у даг-ин Рэдманда.

Монти, не глядя, сунул запись в верхний карман пиджака и, видимо, только из вежливости спросил — чтобы не сбегать от хозяйки сразу:

— Что ты сейчас собираешься делать? Могу сопроводить.

И очаровательно улыбнулся. Я вспомнила его рычание, когда он кинулся с вертолёта за Дрейвеном, и понимающе улыбнулась:

— Меня можешь не обвораживать. Если дело к Дрейвену — иди спокойно.

Монти послал мне воздушный поцелуй и пошёл к двери. Когда один из служащих распахнул перед ним дверь из апартаментов, я мельком заметила странное, жёсткое выражение на лице полуобернувшегося Монти: полная сосредоточенность на какой-то мысли, даже скорее — на каком-то предстоящем деле, полный уход в себя. Я посидела ещё немного за столом, рассеянно наблюдая, как слуги убирают со стола, затем связалась с Брилл. Та откликнулась не сразу — сидела за пультом просмотра всех камер.