— Иди сюда. — Слава немного заколебалась, точно заподозрив меня в коварстве, и пришлось сгребать её в охапку вместе с простыней. — Извини, маленькая, но так будет лучше.

Моя девочка успела только пискнуть, когда втолкнул её в ванную и закрыл дверь на ключ.

— Выпусти, зараза! — Судя по звуку, она пнула дверь ногой.

— Обязательно выпущу, только пока посиди тут. И, по возможности, тихо…

Она в ответ высказалась действительно в полголоса, но крайне нецензурно. Нужно будет провести с ней беседу о недопустимости применения таких слов для леди. Но это все потом, сейчас есть дела поважнее.

Конечно, могло так случиться, что датчики потревожила какая-нибудь собачка, только в это плохо верилось. Для того и ставил их на высоте почти метра от земли. Остается надеяться, что группа поддержки уже заняла места, а Снайпер, в отличие от меня, был занят не своей девушкой, а делом.

Глянув на часы, замер. Половина третьего. Какого хрена так рано?! Ребята должны были появиться только через полчаса, раньше просто не было смысла…

Вся глубина ситуации, в которой оказались, дошла почти сразу — мы без прикрытия, вдвоем, а ещё рядом наши беззащитные девушки…

Того, кто поднимался по лестнице, вырубил, подождав за углом. Реакция у мужика неплохая, а вот с умением тихо ходить — явные проблемы. Второй был на площадке второго этажа, здесь пришлось немного сложнее, он успел меня заметить и попытался подать голос. Надеюсь, я ему нанес черепно-мозговую, а не убил на месте, но все это ерунда, потом разберемся.

Когда спустился вниз, понял, что ещё чуть-чуть и опоздаю. Не знаю, почему Данил кинулся на пожилого мужика с голыми руками, но стоящий рядом парень поднял пистолет и собирался нажать на курок. Времени на раздумья не было, сам не понял, когда успел вынуть сюрикен из ножен на щиколотке…

И все-таки, не успел. Уже падая, парень выстрелил. В кого именно он попал, поначалу не понял, потому что Лина пронзительно заверещала, а клубок из Данила и того, в ком узнал его дядю Давида, распался не сразу. Урод, все это задумавший, не двигался, из чего сделал вывод, что ранили все-таки не Снайпера. Как выяснилось, зря. На плече друга начало медленно расплываться кровавое пятно, а сам Данька прошептал что-то побледневшими губами и отключился.

— Пусти! — Лину пришлось почти силой оттаскивать от его бесчувственного тела, потому как девушка вцепилась в него клещом, бессмысленно тряся его за плечи и шепча:

— Открой глаза, пожалуйста…

Отверстие от пули было слишком высоко для того, чтобы заподозрить ранение в легкое, а уж тем более в сердце, но проверить все-таки нужно.

— Помоги мне его перевернуть.

Вдвоем мы приподняли эту тушу, и я облегченно выдохнул — ранение было сквозное, да и кровь, хоть и продолжала течь, но нормального цвета и без пульсирующих всплесков, значит, крупные сосуды не повреждены.

— Держи, — стянул с себя футболку и прижал к ране, — вот так и не отпускай.

Лина, которая в тот момент была чуть ли не бледнее самого раненого, заторможено кивнула.

— И не смей падать в обморок, слышишь! Даньке сейчас нужна твоя помощь.

— Не буду, — прошептала она почти синими губами и плотнее придавила к его груди тканью.

— Если у него изо рта пойдет кровавая пена, скажи мне, поняла?

— Я поняла. Саш, помоги, пожалуйста…

Я тем временем набрал номер "Скорой", пытаясь объяснить дежурной, что у Даньки именно огнестрел, а не просто живот схватило.

— А вы уверены? — монотонный неторопливый голос рождал желание грохнуть мобильник о стену, но пришлось сдержаться.

— Да, уверен, ранение в левое плечо, он без сознания.

— Хорошо, машина приедет минут через пятнадцать, — она бы ещё зевнула в конце!

— Саш, что они сказали? — Лина пыталась собраться и не впасть в истерику, но с каждой минутой это давалось ей все сложнее.

— Скоро будут, — я оглянулся на нападавших, вроде никто признаков жизни не подает, но кто знает…

— Может, лучше самим его отвезти?

— Нет, не нужно трогать, мы же не знаем, какие там внутренние повреждения. Сиди пока здесь, я проверю дом. Если что — кричи.

— Я поняла… — девушка не отводила глаз от лица Данила, до крови кусая губы, чтобы не расплакаться.

Ангелина Тихонова.

— Данечка, хороший мой, открой глаза.

Данил все также был без сознания, футболка, которую дал мне Саша, постепенно пропитывалась кровью. Боженька, пожалуйста, пусть с Данилом все будет хорошо, я не переживу, если с ним что-нибудь случиться…