– Твоя мать стоит во главе всего этого. Ты, дочь Аллы. Как ты можешь судить меня за то, что я сын Инги?

Его аргументы убивали, я понимала, что он прав, что я отчасти недалеко ушла от него, но он был частью их мира, а я собиралась в скором времени из этого мира сбежать.

– Не нужно гоняться за мной, лишь потому, что я выбиваюсь из твоего обычного списка побед.

– Это тебе тоже она сказала?
– в голосе Андрея слышалось шипение.
– Она ничего не понимает. Почему ты слушаешь всех, кроме меня?

– Разве? Я только что прекрасно видела, как ты с легкостью звал девочек придти к тебе на "факультатив" - в моем голосе отчетливо слышались кавычки, - и целовал их.

– Это даже не поцелуи, невинные чмоки, не надо воспринимать все, что я делаю на уроке всерьез, это урок лицемерия.

– Чтобы это не было, я тебе не доверяю. И от людей, которым я не доверяю, а стараюсь держаться подальше.

– Это всего лишь ревность котенок, не глупи.

– Я тебя не ревную! Я смотрю в лицо фактам!
– меня все сильнее злило, что он водил мою попытку объяснить ему, что я не доверяю ему в целом к тому, что я просто приревновала его к девушкам, что вешались на него в процессе занятия.

– Значит, смотришь в лицо фактам? Хорошо. Будут тебе факты.

Сказав это, он сделал широкий шаг ко мне, стирая все расстояние между нами, и положив руки мне на талию, толкнул назад, я испуганно попятилась, когда мои бедра ударились о край стола, не позволявшего отойти дальше, и его губы накрыли мои. Я чуть не задохнулась от поцелуя, который меня накрыл так внезапно и жадно, я нуждалась в глотке воздуха, мои руки метнулись между нами, впираясь парню в грудь. Андрей только сильнее прижал меня к столу, не позволяя отпрянуть, его губы на миллиметр отстранились и я тут, же раскрыла рот, делая вдох, когда он укусил меня и начал целовать еще настойчивее. Парень был силен, и я почти перестала барахтаться в его руках, мне не хотелось признавать, что он потрясающе целовался и электрический ток начинал проходить по моему телу, заставляя дрожать коленки. Я ответила на его поцелуй, на секунду потеряв контроль. Это был Андрей. Как бы мне не было хорошо - это был Андрей. Я сильно укусила парня и, собрав все силы, оттолкнула его от себя. Андрей отшатнулся, прикасаясь рукой к губе, из которой шла кровь. Я облизнула свои губы, почувствовав вкус его крови.

– Какая ты горячая, котенок, - кажется, его совсем не расстраивало, что я прокусила ему губу. Я же пыталась выровнять дыхание.

– Что ты творишь, - выпалила я, не в силах поверить, что он поцеловал меня.

– Предоставляю факты. Это был поцелуй без фальши и масок, котенок, так я целовал бы тебя и только тебя, и никогда, тех девчонок, с которыми мы тут изображали так называемую "любовь".

Я отстранилась от стола, вернувшись к своему месту, чтобы забрать вещи, мои ноги все еще дрожали.

– Тебе без разницы, кого и как целовать, - я уже готова была выбежать из кабинета, но он снова стоял передо мной.

– Если хочешь, я вообще их не буду целовать, - спокойно предложил Андрей.

– Ты можешь делать все что хочешь.

– Правда?
– парень выглядел так, словно готов снова схватить и поцеловать меня и я пожалела о своих словах, прозвучавших так неоднозначно.

– С кем угодно, кроме меня, - тут же внесла я поправку в свои слова.

– Беги на урок, котенок, потом поболтаем, - на лице Андрея играла улыбка чеширского кота. Он явно был доволен, что застал меня врасплох. Мне не нужно было предлагать дважды, и я торопливо выскочила из кабинета, направляясь на следующее занятие, которое мало меня радовало. Это был урок Аллы, и мне предстояло его пережить, освободившись от мыслей, что эта жестокая, холодная женщина моя мать и именно ее кровь течет в моих жилах. Меньше всего мне хотелось быть прямо перед ней, особенно, если ей снова взбредет заставлять нас убивать бедных мышек. Я села как можно дальше и практически не слушала, что она говорила, потонув в собственных мыслях. Алла сегодня не замечала меня, в то время как я сверлила ее взглядом, пытаясь осознать мысль, что это моя мать, но все в ней было для меня отталкивающим. Каждая черточка или жесткой слово, вырывающееся из ее рта, не могло быть чем-то, что относилось ко мне. Виктор как то сказал, что я очень похожа на свою мать, значило ли это, что я такая же как она? Я не хотела быть такой. Я вспомнила Игната, был ли он похож на Виктора? Определенно. А был ли похож Андрей на Ингу? Да! Искусный лицемер и манипулятор, наверняка в его характере было многое от Инги, чего я не замечала. Мои мысли плавно переключились на него, приближающегося ко мне и прижимающегося губами к моим губам. На секунду я представила, что даже не пыталась оттолкнуть его. Что было бы тогда? Мои губы защипала от воспоминания недавнего поцелуя. Он был бы жестче, глубже, его язык исследовал бы мой, играя, а руки скользнули бы под футболку. Он посадил бы меня на стол, и я обхватила бы его ногами, прижимаясь ближе, а еще лучше стянула бы с него футболку, коснувшись его рельефного тела.

– Тебя что, возбуждает, когда людям загоняют иголки под ногти?
– раздался прямо мне в ухо шепот Жени.

Я вздрогнула, обрывая свои фантазии, которые ушли слишком далеко, и почувствовала, как краснеют мои щеки. Что она сказала? Иголки под ногти? Фу!

– Какая мерзость, - тихо ответила я девчонке.

– А по твоему виду не скажешь, - в глазах подруги запрыгали черты, - зрачки расширены, губы приоткрыты, тихие вздохи.

Неужели я выглядела так нелепо? Черт!

– Думала о нашем красавчике Андрее?
– подмигнула мне Женя, - чем вы там занимались в кабинете?

– Нет, - поспешно возразила я, - он просто кое-что спросил у меня.

– Ну-ну, Альбина вон похоже до сих пор под впечатлением, я бы на твоем месте поволновалась, пол кабинета сейчас вспоминает прошлое занятие.

– Мне то какое дело, я к этому парню не имею никакое отношение.

Но Женя мне не верила, и правильно делала, потому что была права, я сейчас сидела и пускала слюни по Андрею, за что сама себя тихо ненавидела. Стоило ему меня поцеловать и у меня подломились коленки. Будь он хоть треклятый гуру любви, я не должна на это вестись!

– Это был оочень длинный, странный и ужасный день, наполненный событиями, - простонала я, заходя в ангар, где уже ждал меня Игнат, убирая лишние маты после тренировок.

– Если ты этим надеешься заслужить себе послабления, то можешь не надеяться, я устрою тебе ужасную, изматывающую тренировку, чтобы твои мышцы болели так, как никогда, - и хотя парень не шутил, на его губах все равно проскочила легкая улыбка.

Я огляделась внимательней, чтобы убедиться, что мы и правда одни в этом зале. Мне многое хотелось обсудить с парнем, но я боялась, что мы будем услышаны.