Практические занятия, которые не давали расслабиться – лыжные и пешие походы, восхождения, скалолазание. С горнолыжной подготовкой у него проблем не возникло, и корки альпийского инструктора он получил почти сразу. Курсы санитаров по линии Красного Креста. С десяток реальных спасательных операций, в которых он принимал участие, как стажер. Да всего и не перечислишь.

А в самом начале… Спустя пару недель после поступления он смирился с мыслью, что он, Артем Литвинский, белый гид и бла-бла-бла – лох полный по целому ряду направлений, затолкал попранную гордыню куда подальше и взялся за занятия всерьез.

И теперь… теперь это все позади. Даже не верится…

– Поздравляю тебя с зачислением в «альпийский спецназ», – Алька обнимает его за плечи. – Рад? Что-то по тебе не видно…

– Конечно, рад. Просто до сих пор поверить не могу…

– А я вот не могу поверить, что теперь замужем за настоящим альпийским спасателем. Такая честь, – она пытается его рассмешить, растормошить.

– Привыкнешь, – он обнимает ее в ответ. – Я ж привык к мысли, что сплю с дочкой самого Бертана Деларю.

Солнце встает над горнолыжным комплексом, находящимся на высоте около двух тысяч метров над уровнем моря. Светило церемонно раскланивается с трех- и четырехтысчниками вокруг, придирчиво оглядывает деловито забегавшие по тросам новенькие кабинки «Доппельмайер», зажигает огни в чистых окнах многочисленных гостиниц и кафе.

На белом снегу яркими пятнами краски виднеются кляксы техники: большие кляксы – красные и желтые «Пистон були» и «Приноды», разноцветнее кляксы поменьше – Арктические коты, Рыси, Полярисы, Ямахи – снегоходы всех фирм и расцветок.

Результат работы ночной смены трудяг-ратраков – белоснежный «вельвет» приглашает самых неугомонных и самых страждущих оставить на нем свой первый росчерк кантом. Кафе гостеприимно распахнули свои двери для тех, кто уже успел с утра пораньше выложиться на трассе и устать, чтобы сесть, перевести дух, выпить чашку чая или горячего шоколада и полюбоваться через огромные окна на горы вокруг.

Все это очень похоже на Альпы. Но это не Альпы. Над крышей приводной станции самого верхнего подъемника развевается флаг – бело-сине-красный. В кафе и гостиницах звучит русская речь, хотя тут говорят и на многих других языках – английском, французском, немецком.

Это свежеотстроенный российский горнолыжный курорт. Здесь все пытаются сделать по образцу лучших альпийских аналогов, в него вложены сотни миллиардов рублей, приглашены самые известные европейские специалисты. Курорт готовится через пару лет принимать крупные международные горнолыжные соревнования. А пока он открыт для всех желающих.

В одно из верхних кафе заходит пара посетителей. Это первые клиенты в этот яркий солнечный январский день. Бармен дружелюбно улыбается им. Посетители – двое молодых мужчин лет двадцати-пяти – двадцати семи, один бордер, другой лыжник, заказав себе по чашке чаю, принимаются бурно обсуждать свои первые за сегодня спуски и впечатления.

– Атас!.. – бордер ерошит влажные волосы. – Вот это каааайф!.. Вот это гору отгладили!

– Ага, – соглашается лыжник. – «Вельвет» такой, что ух! Несет! У меня даже слезы под очками выступили от скорости!

– Ну что, по чайковскому и еще три круга нарежем?

– Легко!

– А ты пацана видел?

– Вообще безбашенный! – восхищенно качает головой лыжник. – Пролетел мимо, я даже охнуть не успел. Но валил технично, четко, на кантах.

– Спортсмен, наверное. Из детской секции.

– Нет, – качает головой лыжник. – Спортсмены на другой горе тренируются.

– Ну, тогда не знаю…

Дверь открывается, впуская еще одного посетителя. Двое беседующих оборачиваются и видят, как в кафе входит предмет их обсуждения.

Парнишка лет одиннадцати-двенадцати, довольно высокого роста и крепкого телосложения для своих лет. Дорогущее шмотье самых известных брендов, шьющих одежду для катания, горнолыжные ботинки «Atomic» самой последней модели – видимо, родители на чадо денег не жалеют. Привычным движением задирает очки на шлем, а затем снимает и сам шлем. Коротко стриженые волосы отдают рыжиной, яркие зеленые глаза, до невозможности конопат. В общем, колоритный хлопчик. Друзья с интересом разглядывают парнишку, а тут как раз начинается неожиданное представление.

– Василий! – бармен через стойку церемонно протягивает пацану руку. – Мое почтение!

Тот со всей серьезностью отвечает на рукопожатие взрослого.

– Антон, доброе утро. Погода сегодня замечательная, не так ли?

Бывшие собеседники, а теперь – наблюдатели за разыгрывающейся перед их глазами сценой, едва успевают подавить невольный смешок.

Мало того, что тон мальчишки не по-детски серьезен, так и говорит он… Для человека по имени «Василий» – так просто обхохочешься. С акцентом, картавит, хотя звучит это забавно и даже… мило.