Занимая высокий пост, он написал много работ, свидетельствующих о его гуманности, кроме того, специалисты оценили эти работы как высокопрофессиональные с точки зрения права. Даже его расхождения с официальной точкой зрения широко обсуждались и не раз приводили к изменениям в законодательстве. Между тем мистер Йел и его супруга Бет никогда не забывали, что они из Калифорнии, и при каждом удобном случае высказывали любовь к своему родному штату.

В этом сезоне он решил завершить свою деятельность и спокойно, тихо ушел в отставку, направляясь, как он выразился в журнале “Ньюсуик”, домой, на запад. Он отклонил предложение о многолюдном банкете в свою честь в Сакраменто, но согласился на более скромный завтрак в своем любимом местечке — Долине Нейп, где он родился и теперь собирался жить.

Среди приглашенных на торжество были президент корпорации “Голден стейт пауэр энд лайт”. Хэмфри попросил и получил дополнительное приглашение для своего заместителя Нима.

Они ехали в Долину Нейп в лимузине председателя. За рулем сидел шофер, а Хэмфри и Ним, как обычно во время таких поездок, были заняты работой: составлением планов, решением оперативных задач. Хэмфри был приветлив, казалось, он уже забыл о недавней стычке с Нимом. О цели их поездки не было сказано ни слова.

Несмотря на позднюю осень, долина выглядела необыкновенно красивой. После недели беспрерывных дождей наконец-то выглянуло солнце. День был ясный, бодрящий. Ранние побеги ярко-желтой горчичной травы пробивались между рядами виноградных лоз, без единого листика терпеливо дожидавшихся следующего лета. Через несколько недель горчица войдет в полный рост и будет запахана в качестве удобрения и, как некоторые считают, для придания вкуса винограду и особой остроты вину.

— Обрати внимание на посадки, — сказал Хэмфри; он отложил работу, как только они въехали в центральную часть долины. Виноградник простирался до ярко-зеленых холмов на другой стороне долины. — Расстояния между рядами лоз гораздо шире обычного. Это для механической обработки винограда. Таким способом владельцы виноградников нанесли удар по профсоюзу. Ручной труд будет здесь скоро сведен к минимуму. Основную работу станут выполнять машины, к тому же более эффективно.

Они миновали поселок Йонтвилль. Через несколько миль, между Оуквиллем и Рутерфордом, свернули на дорогу, ведущую к винному заводу Роберта Мондави, где и должен был состояться завтрак. Дорогу обрамляли уступчатые кирпичные стены, выполненные в стиле старинных испанских католических миссий в Калифорнии.

Почтенный гость и его жена приехали чуть раньше и расположились в чудесной Виноградной комнате, готовые приветствовать других гостей по мере их появления. Хэмфри, который уже не раз встречался с четой Йел, представил Нима.

Пол Шерман Йел был небольшого роста, подвижный и прямой, с редеющими белыми волосами, с живыми серыми глазами, способными, казалось, пробуравить отверстие во всем, на что был обращен его взор. Его веселость не соответствовала восьмидесятилетнему возрасту.

К удивлению Нима, он сказал:

— Я предвидел, что встречу вас, молодой человек. Перед тем, как вы уедете в город, мы найдем укромное местечко и поговорим.

Бет Йел, мягкая, любезная женщина, ставшая женой Пола пятьдесят лет назад, когда он был еще только юным членом ассамблеи штата, а она работала его секретарем, обратилась к Ниму:

— Я думаю, вам понравится сотрудничать с Полом, как это нравится многим другим.

При первой же возможности Ним увел Хэмфри в сторону и тихо спросил:

— Что происходит? Для чего все это?

— Я пообещал, — сказал Хэмфри. — Если бы я рассказал тебе, то нарушил бы слово. Подожди.

По мере того как увеличивалось количество приезжающих гостей и удлинялась очередь стремящихся поздороваться с супругами Йел, нарастало и чувство праздника. Казалось, что вся Долина Нейп прибыла, чтобы выразить хозяевам свое почтение. Ним узнал многих известных калифорнийских виноделов. Губернатор штата, находящийся в отъезде, прислал своим представителем вице-губернатора. Прибыли во всеоружии средства массовой информации, включая телевидение.

Торжество, которое планировалось как неофициальное, будет освещено в печати и по телевидению, так что большинство жителей Калифорнии увидят его или прочтут о нем сегодня вечером или завтра утром.

За ужином — конечно же, с чудесными винами Долины Нейп — звучали приветственные речи. Был поднят тост за Пола и Бет Йел, и тут же последовала овация со всеобщим вставанием с мест. Почетный гость тоже поднялся, улыбаясь, для ответного слова. Он говорил около получаса, спокойно, просто, выразительно, как будто беседовал со своими друзьями. В его словах не было никакого пафоса, никаких громких заявлений, просто речь местного парня, который наконец вернулся домой.

— Я не собираюсь еще умирать, — сказал он. — А кто собирается? Но оставляя эту землю, я хочу сесть на уходящий автобус именно здесь.

Грустная часть речи закончилась.

— Но пока не придет этот автобус, я собираюсь быть активным и, надеюсь, нужным. Мне предложили дело, которым я могу заняться и которое принесет пользу Калифорнии. После надлежащих размышлений и совета с моей женой, которая не хотела, чтобы я весь день мешал ей дома (смех), я согласился присоединиться к штату служащих компании “Голден стейт пауэр энд лайт”. Но не для того, чтобы снимать показания со счетчиков, так как, к сожалению, острота моего зрения падает (опять смех), а как член правления и общественный представитель компании. Из уважения к моему почтенному возрасту мне разрешили самому установить рабочие часы, и я, вероятно, буду приезжать в “ГСП” — в те дни, когда я вообще соберусь там появиться, — на дружеские ленчи (громкий смех)… Мой новый босс, мистер Эрик Хэмфри, сегодня здесь, вероятно, для того, чтобы сделать свое заключение о моей социальной значимости и рекорде по длительности службы (смех и длительные аплодисменты)…