–- Привет, полковник. Полковник, он утверждает, что вы ему дали помидор. Это правда?

–- С какой стати я буду давать ему помидоры? — ответил полковник Кэткарт.

–- Благодарю вас полковник, у меня все.

–- Очень приятно, полковник, — ответил полковник Кэткарт и вышел из подземелья, прикрыв за собой дверь.

–- Ну, капеллан? Что вы теперь скажете?

–- И все-таки он дал мне помидор! — произнес капеллан свистящим шепотом, в котором одновременно слышались ярость и страх. — Он все-таки дал мне помидор.

–- Иными словами, вы утверждаете, что старший офицер — лжец? Так вас надо понимать, капеллан?

–- С какой стати старший офицер должен давать вам помидоры, а, капеллан?

–- Вот почему вы пытались всучить помидор сержанту Уиткому, капеллан? Помидор жег вам руки!

–- Да нет же, нет! — запротестовал капеллан, мучительно пытаясь сообразить, почему они не хотят его понять. — Я предложил его сержанту Уиткому, потому что мне он не нужен.

–- Зачем же вы тогда украли его у полковника Кэткарта, если он вам не нужен?

–- Да не крал я его у полковника Каткарта!

–- Почему же у вас тогда такой виноватый вид, если вы не крали?

–- Виноватый? Я ни в чем не виновен.

–- Но если вы не виновны, зачем бы мы вас стали допрашивать?

–- Этого уж я не знаю, — простонал капеллан, сцепив пальцы и качая опущенной головой. Лицо его мучительно скривилось. — Не знаю.

–- Он думает, что мы собираемся тратить время по-пусту, — хмыкнул майор.

–- Капеллан, — возобновил допрос офицер без знаков различия и достал из открытой папки желтый лист бумаги с машинописным текстом.
– Вот письменное заявление полковника Каткарта. Он утверждает, что вы украли у него помидор. — Офицер еще ленивее, чем прежде, цедил слова. Он положил листок на стол текстом вниз и достал из папки еще одну страничку. — А вот это данные под присягой и заверенные у нотариуса письменные показания сержанта Уиткома. Он заявляет: по тому, как вы всеми правдами и неправдами пытались сплавить ему этот помидор, он понял, что помидор добыт сомнительным путем.

–- Клянусь господом богом, я не крал, сэр, — чуть не плача взмолился несчастный капеллан. — Клянусь, что это не был краденый помидор.

–- Капеллан, а вы верите в бога?

–- Да, сэр, конечно.

–- Тогда странно, капеллан, — сказал офицер, вынимая из папки еще одну желтую машинописную страницу. — У меня в руках еще одно заявление полковника Кэткарта, в котором он клянется, что вы отказались проводить богослужения в инструкторской перед боевыми вылетами.

На секунду капеллан бессмысленно вытаращил глаза, а затем, вспомнив, поспешно кивнул головой.

–- О, это не совсем верно, сэр, — начал он объяснять с жаром.
– Полковник Кэткарт сам отказался от этой идеи, как только понял, что сержанты и рядовые молятся тому же богу, что и офицеры.

–- Понял что? — воскликнул офицер, не веря своим ушам.

–- Что за вздор! — с праведным негодованием заявил краснолицый полковник и сердито отвернулся от капеллана.

–- Неужто он полагает, что мы ему поверим? — недоверчиво вскрикнул майор.

На лице офицера без знаков различия появилась едкая усмешка.

–- Капеллан, не слишком ли вы далеко зашли? — полюбопытствовал он.

–- Но, сэр, это правда, сэр. Клянусь вам, что это правда.

–- Правда или неправда — это значения не имеет, — небрежно отмахнулся офицер и боком потянулся к открытой папке, полной бумаг.
– Капеллан, в ответ на мой вопрос вы, кажется, сказали, что верите в бога. Так, кажется?

–- Да, сэр, именно так я и сказал, сэр. Я действительно верю в бога.

–- Странно, очень странно, капеллан. Я располагаю еще одним показанием, данным под присягой полковником Каткартом. Полковник Кэткарт заявляет, что однажды вы сказали ему, будто бы атеизм не противоречит закону. Вы вообще-то хорошо помните, что говорите?

Капеллан без колебаний утвердительно кивнул головой, чувствуя на сей раз под собой твердую почву.

–- Да, сэр. Я действительно это утверждал. Я говорил так потому, что это правда. Атеизм отнюдь не противоречит закону.

–- Но это еще не причина делать во всеуслышание подобные заявления, капеллан, а? — колко заметил офицер. Нахмурившись, он достал из папки очередную машинописную заверенную нотариусом страницу. — А вот у меня еще одно данное под присягой заявление сержанта Уиткома. Он утверждает, что вы возражали против его плана рассылать родным и близким убитых и раненых в бою письма за подписью полковника Кэткарта. Это правда?

–- Да, сэр, я возражал против этого, — ответил капеллан, — и горжусь своим поступком. Такие письма выглядят неискренне и бесчестно. Их единственная цель — принести славу полковнику Кэткарту.

–- Это не имеет отношения к делу, — ответил офицер. — Подобные письма так или иначе приносят покой и утешение семьям погибших. Я просто не понимаю хода вашей мысли.

Капеллан стал в тупик и, окончательно растерявшись, не знал, что ответить. Он опустил голову, чувствуя себя косноязычным идиотом.