– Но они чертовски хорошо работают. Расскажите мне об этом вашем осведомителе, который добыл информацию о Фергюсоне.

Таня сообщила Диллону о своей связи с Гордоном Брауном. Когда она закончила, он одобрительно кивнул:

– Вы здорово его зацепили, и даже тратиться не пришлось!

– Пожалуй, вы правы.

– Будем продолжать в том же духе. – Диллон поднялся, застегнул плащ. – А теперь мне, пожалуй, пора в гостиницу.

– Вы ели что-нибудь?

– Нет.

– Вот что. Рядом с гостиницей есть прекрасный итальянский ресторан «У Луиджи». Одно из маленьких семейных заведений. Вы устроитесь в гостинице, а я пойду в посольство. Проверю, что у нас есть об охране дома на Даунинг-стрит, и посмотрю, нет ли чего-нибудь нового о Фахи.

– И не забудьте о правах пилота.

– Я займусь этим.

– Они нужны мне через двадцать четыре часа.

– Хорошо.

Таня надела пальто и шарф, спустилась по лестнице, и они пошли по улице. Тротуары были покрыты льдом. Она взяла его под руку и донесла портфель до самой гостиницы.

– Увидимся через час, – сказала она и ушла.

Гостиница была заведением, которое в конце викторианской эпохи служило одновременно процветающим трактиром и гостиницей. Теперешние владельцы сделали все, что могли, чтобы придать заведению современный вид, но возможностей у них явно не хватало. Буфет, слева от холла, был очень скромный. Там сидело человек шесть постояльцев. За конторкой Диллон увидел старика с лицом, похожим на череп, в поношенной коричневой форме. Не торопясь, он занес фамилию Диллона в книгу регистрации и протянул ему ключ. Было совершенно очевидно, что чемодан ему придется нести самому.

Комната не обманула его ожиданий: две кровати, дешевые покрывала, душ, телевизор со счетчиком. На столе чайник, а в корзиночке пакетики с кофе, чаем и порошковым молоком. «Ладно, – подумал он. – Это ненадолго». Он раскрыл портфель и начал раскладывать вещи.

Джек Харвей владел похоронным бюро в Уайтчепеле. Это было солидное предприятие, приносящее хороший доход, потому что, как любил шутить Харвей, «мертвые всегда с нами». Контора находилась во внушительном четырехэтажном здании викторианской эпохи, заново отделанном. Мира, занимавшая верхний этаж с террасой на крыше, с удовольствием управляла им. У Харвея был кабинет на втором этаже.

Джек велел шоферу подождать, поднялся по ступеням и позвонил. Ему открыл ночной сторож.

– Моя племянница у себя? – спросил он.

– Думаю, да, господин Харвей.

Харвей прошел через главный зал, где были выставлены гробы, и пошел по коридору. По обе стороны располагались маленькие часовенки, в которых родственники могли попрощаться с усопшими. Он поднялся еще на два пролета и позвонил в дверь Миры.

Предупрежденная звонком привратника, она уже ждала его и тут же открыла дверь.

– Дядя?..

Не останавливаясь, он прошел мимо нее. На Мире было короткое платье, расшитое золотом, черные чулки и туфли на шпильке.

– Ты куда-то собираешься? – спросил он.

– В дискотеку.

– Забудь об этом. Ты виделась с нашими консультантами по финансам? Могу я как-нибудь зацепить Флада, не нарушая закон? Как там у него с арендой?

– Абсолютно ничего, – заявила Мира. – Мы все тщательно прочесали. Ни-че-го!

– Ладно. Тогда придется «достать» его другим путем – покруче.

– Но это как раз и не сработало вчера вечером, не так ли?

– Я использовал дерьмо, кучку каких-то сопляков, которые не заслуживают даже того, чтобы о них говорили.

– Что же ты намерен делать?

– Что-нибудь придумаю.

Когда он повернулся к двери, в спальне вдруг раздался какой-то шорох.

– Послушай, кто это там? – Он распахнул дверь и увидел Билли Ватсона, который стоял, затравленно озираясь. – Господи! – сказал он Мире. – Мерзость какая! Ты только и думаешь, что у кого в штанах.

– По крайней мере, это естественно.

– Трахаться с тобой? – Он выругался.

– Да, он еще этим займется. Харвей быстро спустился по лестнице.

– Ты, похоже, никому не даешь спуску? – сказал Билли, обращаясь к Мире.

– Дорогой, это дом мертвецов, – заявила она, беря свою шубу и сумочку. – Они лежат в своих гробах внизу, но мы-то живые. Все очень просто. Пользуйся тем, что дает тебе жизнь. А теперь пошли.

Войдя, Таня увидела Диллона за угловым столиком. Он пил «Боллинжер», единственное приличное шампанское, которое было в карте вин ресторана «У Луиджи». Старый Луиджи лично приветствовал ее как постоянную посетительницу. Она села за столик Диллона.

– Шампанское? – спросил он.

– Почему бы и нет? – Она взглянула на Луиджи. – Мы сделаем заказ позднее.

– Еще об одном мы не поговорили – деньги на расходы. Тридцать тысяч долларов. Это должен был устроить Арон, – сказал Диллон Тане.

– Об этом позаботились. Завтра со мной свяжется доверенный человек Арона в Лондоне.

– Хорошо. Что у вас есть для меня?

– Ничего о Фахи. С правами все будет в порядке.

– А номер десять?

– Я просмотрела досье. Раньше можно было спокойной пройтись по Даунинг-стрит. Но ИРА была так близка к тому, чтобы взорвать весь кабинет министров на конференции консервативной партии в Брайтоне несколько лет тому назад, что изменился подход к обеспечению безопасности. Сыграли свою роль и взрывы бомб в Лондоне, и нападения на мирных граждан.