— С какой целью он позвонил? — спросил Карелла.

— Он сказал, что я должен ему деньги.

— О? — произнес удивленно Карелла. — За что?

— Он сказал, что я нанимал его отвезти меня на семинар, состоявшийся в прошлом году на севере штата, — нанимал его персонально, а не через компанию — и что я отдал ему тогда только половину денег и поэтому должен отдать остальное. Я сказал ему, что тороплюсь в театр, и он дал мне номер телефона, по которому я могу его найти. Я не звонил ему до утра понедельника.

"Это был день, когда Тилли был убит", — подумал Мейер.

— Зачем вы ему позвонили? — спросил Карелла.

— Разрешить этот вопрос. Я действительно нанимал его отвезти меня на север штата. Он для этой цели арендовал где-то автомобиль. Не знаю всех деталей, но уверен, что он сделал больше, чем если бы я вызвал его через компанию. Я собирался полностью с ним расплатиться и покончить с этим. Мне не хотелось, чтобы Тилли думал, что я обидел его.

— В какое время вы ему позвонили?

— В одиннадцать, одиннадцать тридцать, что-нибудь в это время.

— О чем вы говорили на этот раз? 

— Разговор был странным. Он упорно настаивал, что я должен ему деньги, и просто требовал, чтобы я приехал в Даймондбек, встретился с ним ровно в двенадцать и передал ему остаток денег. В жизни ничего не слышал нелепее. Требовать, чтобы я куда-то ехал, да еще срочно... 

— Но вы поехали на встречу с ним?

— Конечно нет! 

— Вы сказали ему, что приедете туда? 

— Да, сказал. Чтобы он от меня отвязался.

— Вы собирались сообщить нам, что у вас были эти два телефонных разговора?

— Честно говоря, нет.

— Вы говорили о них вашей жене?

— Нет, не говорил.

— Мистер Боулз, я надеюсь, вы знаете, что ваша жена узнала человека, пытавшегося ее убить...

— Да, я все знаю...

— ...и считает, что это был Роджер Тилли.

— Да. Но я не понимаю, как эта идея пришла ей в голову. У этого парня не было никаких оснований, чтобы...

— Вы считаете, что она обозналась. Так?

— Да, думаю, что она ошиблась. У него не было никаких причин, чтобы хотеть ее смерти.

— А как насчет денег, которые, как он утверждал, вы были ему должны? Он мог быть разгневан по этой причине?

— Это приходило мне в голову, но ведь разговор был после этих попыток убить Эмму. Одно с другим не вяжется. Понимаете?

Карелла думал: пока что ничего не вяжется. Он был убежден, что Боулз лжет ему.

— Итак, вы думаете, что деньги, которые вы ему были должны...

— Это он сказал, что я ему должен.

— Да, извините меня, вы не думаете, что все это хоть как-то связано с попытками убийства вне зависимости от того, кто пытался убить вашу жену?

— Думаю, что никак не связано.

— Какие у вас с Тилли сложились личные отношения? — спросил Мейер, приступая к решению следующей задачи. Он также считал, что Боулз лжет. Это было скорее ощущение. Оно выработалось за годы бесед с убийцами и людьми, непохожими на убийц. Вы просто начинаете чувствовать, что вас хотят обвести вокруг пальца.

— У нас хорошие отношения, — сказал Боулз. — Он был одним из лучших водителей компании, которых они мне посылали. Именно поэтому я часто к нему обращался. Я не знал, что в тюрьме он малость свихнулся.

— Вы думаете, что он стал сумасшедшим в тюрьме? — спросил Мейер.

— Видите ли, весь этот шум по поводу денег... — произнес Боулз и покачал головой.

— Вы ничего не были ему должны. Верно?

— Ни цента.

— До этих двух телефонных разговоров, — спросил Карелла, — были ли между вами какие-либо серьезные разногласия?

— Никогда.

— Может быть, требованием денег он выражал свое недовольство?

— Нет, ничего похожего на это.

— И тем не менее ваша жена уверена, что именно он был тем человеком, который столкнул ее с железнодорожной платформы...

— Я знаю, но...

— ...а позднее попытался сбить ее машиной.

— Уверен, что она ошиблась.

— И вы уверены, что не должны ему тех денег, о которых он настойчиво вам твердил?

— Да, сколько раз я могу повторять...

— У вас были основания дать ему свою визитную карточку? — спросил Карелла.