— У нас здесь как раз есть две девушки, — сказал Брэди.

Он имел в виду женщин-полицейских, проходивших тренировочную программу...

Разумеется, старик не знал, что Марта Халстед была "специалисткой". Лишь мельком взглянув на нее, он сказал Гарсиа по-испански, что, если они не приведут более соблазнительную и хорошенькую девку, он тотчас пристрелит внучку. Он дает им на это десять минут. Марта, эгоистка до мозга костей, посчитала, что ею пренебрегли из-за того, что на ней были белые кеды, джинсы и безрукавка. Наверняка старик ожидал, что ему предоставят особу, смотревшуюся как настоящая проститутка. Поэтому Марта высказалась в том плане, что Эйлин — впрочем, одетая так же, как и Марта, если не считать кеды, — больше похожа на проститутку.

— Что вы на это скажете, Эйлин Берк? — спросил Брэди.

— Сэр?

— Хотите вы заняться этим или нет? Пойти к нему?

Опять, опять работа с "подставой", приманкой... Такая мысль пронеслась в ее голове... Либо они посылают вас на улицу при "марафете", либо надо усесться в джинсах и рубашке на колени к старику и стараться уговорить его не стрелять. Либо сами его убьют. Но ведь она пошла в команду Гудмэна только потому, что не хотела убивать...

— Если сначала выманить у него револьвер, тогда я займусь. Пойду туда, — сказала она.

— Мы так с ним не договаривались, — произнес Брэди.

— Он освобождает внучку, а мы предоставляем ему... девушку.

— И что потом?

— Жизнь ребенка вне опасности. Спасена, — сказал Брэди.

— А как со мной? Я тоже в безопасности?

Брэди посмотрел на нее.

— Но мы же не можем послать туда настоящую проститутку.

— Я понимаю. Я спрашиваю вот что: вы меняете мою жизнь на жизнь ребенка, сэр. Так?

— Но от вас же будет зависеть: успокоить его, отобрать у него револьвер.

— Как же я его успокою? — спросила Эйлин.

— Но мы ведь проигрывали такие ситуации, — ответил Брэди.

— Не совсем так, сэр. Такие ситуации мы никогда не проигрывали. Субъект требует шлюху, а взамен получает полисмена.

— Но это только вариант классической ситуации со взятием заложников, — сказал Брэди.

— Я так не думаю, сэр. Мне кажется, он будет очень разочарован, если узнает, что я — полицейский офицер. И мне думается, что уж в этом случае он пустит в ход оружие, если...

— Откуда ему знать, кто вы, — упорствовал Брэди.

— Так что же, придется ему лгать, сэр? Я-то полагала, что, как только контакт установлен, мы все время говорим только правду.

— В этом случае можно несколько покривить душой.

Гудмэн взглянул на нее.

— Инспектор, — вмешался он, — я думаю, мы вносим сумятицу в душу Эйлин.

— Отнюдь не хочу ее как-то смущать, — сказал Брэди. — Но на моей совести висит жизнь восьмилетнего ребенка, находящегося в лапах сумасшедшего старика, который возжелал девку, а иначе убьет этого ребенка. Итак, предоставляю я ему девку или как? Поймите: сейчас именно в этом состоит кардинальный вопрос жизни или смерти.

— Но я же не шлюха, сэр, — произнесла Эйлин.

— Понимаю, понимаю. Но вы — полицейская служащая, и в прошлом вам приходилось подделываться под шлюх.

— Да, сэр, это было. Но дело в том...

— А сейчас, стало быть, вы не хотите подделаться под шлюху? — резонно заметил Брэди. — Вот в чем дело, детектив Берк. Хотите вы изобразить шлюху, чтобы спасти жизнь маленькой девочки? Или не хотите?

"А что будет с моей жизнью?" — подумала Эйлин.

— Сэр, — сказала она, — вы можете мне подсказать, как я могу изъять у него оружие? Едва я окажусь там, как он догадается, что я прислана только для переговоров, а вовсе никакая не шлюха, и как я заставлю его сдать револьвер?

— Детектив Халстед изъявляла желание войти в квартиру и заняться делом в объеме, который был нами оговорен, — ответил Брэди. — Скажите, вы такой же добрый человек, как Халстед? У вас что, мурашки бегут по коже, детектив Берк? Марта добровольно приняла вызов — заняться переговорами в исключительно опасной обстановке. Я, конечно, ясно представляю себе весь риск, связанный с этим предприятием. Неужели вы думаете, что не представляю? Уж я-то в эти игры играю давным-давно...

"Ничего себе — игры", — подумала Эйлин.

— ...и когда я говорю, что не хочу, чтобы кто-нибудь пострадал, то есть вообще никто — ни захватчик, ни жертва, ни тем более член моей команды, — я говорю именно то, что думаю. Я же не прошу вас сделать то, чего сам бы не сделал...

"Ну вот ты и сделай", — подумала Эйлин.

— И поверьте, — продолжал витийствовать Брэди, — что ваша безопасность мне так же дорога, как моя собственная. Да. Но сейчас ситуация достигла такой критической временной отметки, когда нам предстоит принять решение: или мы ублажим прихоть старика, или создадим реальный риск угрозы для жизни ребенка. Он дал нам десять минут, и восемь из них уже истекли. Так как же прикажете нам поступить, детектив Берк?