— Чтоб мне перьями обрасти, это же они! Это они! — в смертельном изумлении воскликнул Януш.

Просиявший Каролек подтвердил. Необычная, даже экстравагантная работа, которой занялась вполне приличная городская пара среднего возраста, значительно усилила желание завязать с ними непосредственный контакт. Не подлежало ни малейшему сомнению: такая тесная связь с природой должна была иметь какое-то объяснение. Каролек отказался от купания — потом, потом! — и, не обращая никакого внимания на Януша, браво зашагал по лугу…

Влодек и Барбара миновали Кабацкие леса и отправились в окрестности Пясечна, поскольку Влодек сразу по выезде из Варшавы вспомнил, что там у него живут дальние родственники. Семья, правда, городская, но, унаследовав какие-то земли, что-то на этих землях выращивает. Они могут послужить отправной точкой.

— Не помню название села, зато помню дорогу туда, — объяснял он Барбаре. — Я там один раз был. А запомнил как ехать, потому что вёз кузину с ребёнком. Кузина всю дорогу трендила: посмотри, деточка, какое кривое дерево, посмотри скорей, какой большой камень и так далее. Омела там росла.

— А что нам даёт омела?

— Ничего, но я и сам ландшафт запомнил. Омела — это одно из самых красивых растений-паразитов. Мы можем её нарвать. Даже лучше будет для дерева, потому что омела его уничтожает.

— Это потом, когда с делами управимся.

— Сейчас сворачиваем. Кривое дерево, столбик, а слева будут такие заросли, и потом направо должна быть дорога. На развилке дальше как раз растёт та омела.

Кривых деревьев было несколько, дорожные столбики стояли каждые сто метров, зарослями левая сторона просто изобиловала, а многочисленные грунтовые дороги давали неограниченные возможности выбора. Даже развилки имелись. Невзирая ни на что, нужное село не находилось. То непреодолимой преградой раскидывалось болото неведомой глубины — приходилось сворачивать, то дорога вела прямо в засеянные поля — надо было выезжать задним ходом.

Примерно через час сделалось ясно: Влодек окончательно и бесповоротно заблудился. Дороги, развилки и омелы походили друг на друга как две капли воды, и найти владения дальних родственников оказалось вдруг невыполнимой задачей. Струи пота потоками орошали лицо водителя, жара нарастала, кроме того, в исследуемой местности что-то чудовищно воняло. Пришлось закрыть окна — температура в машине угрожающе поднялась.

— Через пять минут я копыта отброшу, — оповестила его разъярённая Барбара. — Ты что, не можешь спросить, как к ним проехать? Люди в деревнях все друг друга знают!

— Да я не помню их фамилии! Холера! Я не заметил этот камень…

— Осторожно, теперь справа яма! Как это не помнишь? Ведь это твои родственники!

— Но они эту землю получили в наследство.

— Ну и что?

— А то, что наследство получил муж моей кузины, а это земля предков его матери. Местные жители могут знать только фамилию этих предков. Черт знает какую. Это же девичья фамилия его матери.

— Фамилию кузена тоже могут знать. Спроси быстренько, или поедем в куда-нибудь в другое место. Ты что, не чувствуешь, как тут воняет?!

— Чувствую и как раз удивляюсь. Что тут такое, в этих деревнях? Кожевенный завод, что ли?

— Все равно что, но это невозможно вынести! Давай назад, на шоссе! В таких вонючих деревнях я ни за какие коврижки ничего покупать не стану!

— И не мечтай обратно повернуть. Второй раз я по этой дороге не проеду. Удивляюсь, каким чудом я проехал в эту сторону. Мы должны прорываться дальше.

— Караул! — сказала каким-то странным голосом Барбара, всматриваясь в просёлочную дорогу. Одна сторона просёлка была на метр выше другой, посередине высился поросший травой гребень, и во все это вносили разнообразие небольшие, зато глубокие рытвины. Далее виднелись засеянные поля, а ещё дальше — лес.

Проезжая по притоптанному краю картофельного поля, Влодек поделился знаниями:

— Это называется поперечные выпуклости на дороге.

Его голос вибрировал в такт тряске, и он тут же нечаянно прикусил язык.

— Это называется стиральной доской, — поправила его Барбара сквозь стиснутые зубы. — Лучше было бы через луг. Ты же едешь перпендикулярно колдобинам.

— Именно поэтому так трясёт. Ничего страшного. Дальше — только луг. Машина у меня того гляди развалится.

— И мне так кажется. Езжай, что ли, помедленнее…

Проехав через луг и заросли, Влодек с колоссальными усилиями выбрался на дорогу, ограниченную с обеих сторон глубокими канавами. Барбара перед этим вышла из машины, героически только один раз скрипнув зубами.

— Я категорически требую: немедленно уматываем отсюда ко всем чертям, — заявила она в бешенстве, садясь обратно в машину. — Воняет все больше и больше, тут, наверное, какая-то зараза. Уедем скорей из этих мест!

— С удовольствием, только я не знаю как. Сама видишь — дороги ведут в какие-то странные места…