С. 350, 351. Капуя, Казерта — города в Кампании (область на юге-западе Италии).

С. 351. Сан-Элъмо — один из древнейших неаполитанских замков, воздвигнутый на холме Вомеро в 1329–1343 гт., при короле Роберте Мудром (1277–1343, годы правления — 1309–1343), и долгое время служивший иноземным правителям государства политической тюрьмой. Полностью перестроен во второй четверти XVI в.

…у подножия ее — великолепный картезианский монастырь… — Речь идет о монастыре Чертоза ди Сан-Мартино, возведенном на холме Вомеро в 1325–1368 гт. и впоследствии многократно перестраивавшемся; с 1337 по 1866 г. монастырь принадлежал католическому монашескому ордену картезианцев (основан св. Бруно Кёльнским (ок. 1030–1101) в 1084 г. в местности Шартрез {лат. Cartusia) близ Гренобля); ныне — музей Сан-Мартино.

…гроздь башенок Кастель-Нуово… — Кастель-Нуово — один из самых древних замков Неаполя, построенный в 1279–1282 гг. при Карле I Анжуйском (1227–1285, годы правления — 1266–1285). Долгое время служил крепостью, защищавшей город с моря, резиденцией королей и правителей. Замок украшают толстые цилиндрические башни с зубчатыми верхушками. Две башни соединены между собой триумфальной аркой из белого мрамора, возведенной в 1455–1458 гг. при арагонском короле Альфонсе V Великодушном (1394–1458, годы правления в Неаполе — 1435–1458).

С. 352. Мыс Мизено — оконечность Апеннинского полуострова в западной части Неаполитанского залива, напротив о. Прочида.

С. 353. Ввергая в трепет ~ Вселяет ужас. — В эпиграфе — строки из драматической поэмы Мэйсона «Карактак» (1759; ст. 797–800).

С. 358. …к узникам подсылают… доносчиков, которые под личиной симпатии и дружеского расположения выпытывают их мнения, позднее обращаемые против них самих, а также выискивают сведения об их друзьях и знакомых, нередко обрекаемых с помощью столь недостойных средств на погибель. — Как утверждает авторитетный американский историк инквизиции Генри Чарльз Ли, в инквизиционной практике «шпионы играли видную роль. Испытанным агентам, проникавшим в камеру заключенного, было приказано вести его от признания к признанию, пока они не получат достаточно материала для его обвинения, так, чтобы он этого не заметил. Передают, что обыкновенно для этой цели употреблялись обращенные еретики» {Ли Г. Ч. История инквизиции в Средние века / Пер. С. Лозинского // История инквизиции: В 3 т. М: Ладомир, 1994. Т. 1. С. 263).

С. 360. Перед Вивальди выросли две фигуры ~ мало чем отличающиеся по виду от исчадий ада. — По предположению Дж. Томсона, это описание восходит к «Истории инквизиции» Лимборха. Ср.: «<…> палач <…> являет собой поразительное и ужасное зрелище. Он облачен в черное одеяние до пят, которое плотно облегает тело. Голова и лицо его полностью скрыты просторным черным капюшоном, оставлены лишь два небольших отверстия для глаз. Все это призвано вселить еще больший ужас в душу и тело несчастного, когда он видит, что ему предстоит пытка от рук человека, до такой степени напоминающего дьявола» (цит. по: Thomson J. Op. cit. Р. 32.— Пер. наш. — С. А.).

С. 361. Секвестратор. — В оригинале: «advocate of the exchequer» {букв, адвокат казначейства). Очевидно, здесь имеется в виду чиновник, ведавший конфискацией имущества (секвестром) осужденных еретиков.

С. 361–362. …Вивальди вступил в просторную залу ~ Зловещая тьма окутывала служителей инквизиции и их деяния. — Весь этот отрывок заметно перекликается с описанием инквизиционного трибунала в «Монахе» (т. III, гл. 5). Ср.: «Его привели в обширную залу, где стены были завешены черным сукном. За столом сидели трое мужчин, суровых и мрачных, также одетые в черное. Одним был великий инквизитор, ввиду важности дела взявшийся расследовать его сам. Немного поодаль за небольшим столом сидел секретарь, перед которым лежали все необходимые письменные принадлежности. Амбросио сделали знак приблизиться и встать у нижнего конца большого стола. Опустив глаза, он увидел разложенные на полу всевозможные железные инструменты. Вид их был ему незнаком, но страх тотчас распознал в них орудия пытки. Он побледнел и с трудом удержался на ногах.

В зале царила глубокая тишина, и лишь инквизиторы порой обменивались вполголоса двумя-тремя таинственными словами» {Льюис М. Г. Указ. соч. С. 326).

Ср. также аналогичный эпизод в «Духовидце» Шиллера: «Мы вошли в зал, где с нас сняли повязки. Нас окружали почтенные старцы, одетые во все черное, стены скудно освещенного зала были занавешены черным сукном, и в мертвой тишине, царившей в собрании, все это создавало страшное впечатление» (Шиллер Ф. Указ. соч. С. 12).

С. 372. …почти не сомневаясь, что видит перед собой обитателя иных миров. — М. Леви (bevy М. Op. cit. Р. 255–256) отмечает вероятную связь этих слов со сценой визита дьявола в камеру Амбросио в «Монахе» (т. III, гл. 5) Льюиса.

С. 377. Святой Доминик — Доминик де Гусман (см. выше прим, к с. 47), канонизирован в 1234 г.

Сейчас глухая полночь ~ Чего страшусь я? — В эпиграфе — строки из исторической хроники Шекспира «Ричард III» (ок. 1592, опубл. 1597; V, 3, 180–182).

С. 388. Он грянул над душой ~ А теперь — к суду. — В эпиграфе — строки из «Карактака» (ст. 927–929) Мэйсона.

С. 392. Рака — гробница с мощами святого угодника.

Спустя несколько недель после исповеди он… перебрался в обитель Спирито-Санто… — Неточность Радклиф. Утверждение отца Николы о появлении Скедони в Спирито-Санто после исповеди (состоявшейся в 1752 г., за шесть лет до основных событий романа) противоречит его собственным словам о пятнадцатилетием пребывании Скедони в этой обители (см. с. 373).