– Джозеф!
– Радостно заулыбавшись, она мигом подцепила меня под локоть.
– Какая приятная встреча!

Я тоскливо подумал о том, что все девушки, находящиеся в поисках серьезных отношений похожи одна на другую. Каким-то особым, хищным выражением лица и полной бескомпромиссностью. Порой, они готовы скорее загрызть объект воздыханий, чем позволить ему уползти из своих цепких когтистых ручек. Остро захотелось совершить вышеозначенное, но, увы, дело - превыше всего.

– А я тут совершенно внезапно шел мимо и прихватил с собой конфеты...
– Я достал коробку из нагрудного кармана пальто и помахал ею для вящей наглядности. Хамский назвал бы меня отвратительным актером и чертом без зачатков фантазии - и был бы абсолютно прав.

Но дело в том, что Эшли не привлекала меня абсолютно. Нет, где-то в мире наверняка есть мужчины, которым искренне нравятся женщины, кажется рожденные в серых офисных костюмах, носящие огромные стрекозьи очки и не обременяющие себя походами в салоны красоты. Я все понимаю и ценю священное право каждого на личные извращения. Но что прикажете делать несчастному черту, вынужденному расположить к себе и соблазнить абсолютно непривлекательную женщину?!

В кармане брюк намекающее булькнула фляжка с виски, предусмотрительно выданная мне в дорогу Хамским. Я мужественно сдержал недостойный порыв.

– Конфеты?
– В абсолютном экстазе взвыла Эшли, едва не на буксире таща меня в какой-то очередной коридор.
– Тогда вы просто обязаны составить мне компанию и попить чай!

Я незаметно запустил руку в карман, и в нее тут же успокаивающе ткнулась фляжка. Хорошо, когда у тебя есть проницательный друг...

***

– И как это понимать?!
– Встретившись с Хамским у входа в архитектурное бюро, я был как никогда близок к хладнокровному и циничному убийству лучшего друга.

– Вы достали сертификат?
– Невозмутимо поинтересовался потенциальный труп, поправляя шляпу и не догадываясь о моих недостойных мыслях.

– Да, но какой ценой!
– Я косо посмотрел на огромные серые двери учреждения, и оттащил Мордреда подальше.
– Сначала меня едва не изнасиловали...

– Так что, - невежливо перебил меня коллега.
– Кантаридин в виски не подействовал?

– Вы подсыпали во фляжку средство для улучшения потенции?
– Преждевременный инфаркт улыбнулся мне из-за плеча предательского друга сочувствующе и предвкушающе.

Титаническим усилием воли я унял бешено бьющееся сердце.

– Да, я знал, что эта дамочка не в вашем вкусе - так что решил перестраховаться. Но также зная и то, что с вами нельзя быть ни в чем уверенным, я предусмотрел план 'В'. Что это с вами?
– Хамский недоуменно посмотрел на мои судорожно сжавшиеся на его шее пальцы.

Я попытался их разжать. Пальцы не поддавались. Их вообще, похоже, свело судорогой. С трудом убрав руки от горла друга, я нашел в себе силы продолжить.

– Ах, план 'В'! Значит, так вы называете того неуравновешенного эксгибициониста с ведерком желтой краски? Ну, того в дупель пьяного фавна, который с воплем: 'Перформанс!', вылил эту краску на себя и полчаса успешно скрывался от охраны и сотрудников в коридорах галереи?

– Так его все же поймали?
– Живо заинтересовался Мордред, напрочь игнорируя моё справедливое возмущение.

– Нашли по желтым следам, спящего в обнимку с бесценной картонной вазой некоего Грюкенса.

– Так и знал, - разочарованно пожал плечами коллега.
– Надо было заплатить Попандопулосу, а не Фигуданису. Ну что, пойдем на штурм очередной цитадели?

– И все?
– Хотя первое буйство во мне поутихло, тем не менее, я все еще жаждал сатисфакции.

– А что еще?
– Хамский вопросительно поднял бровь.
– Ах да, у меня есть парочка гениальных планов!

И, насвистывая какой-то бульварный мотивчик, легкой походкой абсолютно уверенного в своем превосходстве черта, он пошел на покорение очередных вершин.

Мне ничего не оставалось делать, кроме как последовать за ним. Что уж скрытничать: мне самому было жутко любопытно, что он придумает на этот раз...

***

Собственно, причина, по которой присутствие полиции в нашей квартире делалось нежелательным, была проста и даже в некотором роде тривиальна. Это по словам Хамского. Лично я же не видел ничего тривиального в изготовлении высококачественных подделок произведений искусства на дому. Справедливо заметив: "Всем должны заниматься профессионалы, друг мой", Мордред задействовал кое-какие связи, в результате чего на нашем пороге возникли две в равной степени колоритные и сомнительные личности.