— А может, у него не хватало сантиметров? — захихикала Лена.

— Хватало, только ему так не казалось! Наоборот, он был уверен, что у него очень маленький, и все время лишь о том и говорил. Меня просто достало — только ляжем в постель, он спрашивает: «Тебе он нравится? Ты его чувствуешь?» В результате я подсунула ему статью об увеличении пениса, а парень обиделся.

— А у меня был такой, который все время говорил о большой груди: отбирал у меня журналы мод, сидел и бубнил: «Посмотри, посмотри, какие буфера!» — подхватила Аврора. — Стыдно было выйти в люди: пялился на всех баб с большими сиськами, а я чувствовала себя пособницей маньяка. Потом начал приставать: «А не хочешь ли, дорогая, сделать операцию?» Но я сказала: «Либо ты смиришься с тем, что я такая, какая есть, либо мы раз и навсегда закроем эту тему!»

— И что? — поинтересовались девушки.

— Он ушел к моей подруге, у которой был четвертый размер.

— К подруге? — удивилась Даша. — Хорошие у тебя подруги!

— Она потом мне позвонила и сказала: «Ну, ты же сама жаловалась, что он тебя достал!» Типа она мне помогла!

— А ты что?

— А я сказала, что мне нравится, когда мужчина любит меня целиком, а не частями.

— Но это неправда, что маленькие мужчины покупают большие машины! — воскликнула вдруг не совсем к теме Дина.

— Неправда, — согласилась Даша.

— Правда! — возразила Аврора. — Даже если в смысле роста и веса у мужчины все в порядке, значит, ему не хватает ощущения собственной значимости! А ведь женщины, наоборот, почему-то любят маленькие машинки! Помните, был такой прикол — лет пять назад подружки бандитов поголовно ездили на джипах «Мерседес»?

Девушки продержались до шести утра — под конец говорили уже с закрытыми глазами. Но остаться спать в гостях не захотели — разбрелись по домам.

— Ну, что? — спросила Аврора, вытирая макияж с глаз.

— Что «что»? — буркнула Даша.

— Решила что-нибудь? — не в силах злиться, уточнила Аврора.

— Да, — кивнула Даша. — Завтра едем к Донату и вступаем в переговоры. Рожать сейчас модно, — с мрачным видом сообщила она.

Аврора хотела выпытать, что задумала Даша, но сил не было никаких. Подруги разбрелись по комнатам и заснули в самых удобных на свете кроватях, которые пахли лавандой и ладаном.

Наутро Аврору разбудила горничная, подала кофе, фруктовый салат и круассаны с маслом и апельсиновым джемом, после чего отвела на процедуры. Сначала Авроре сделали тонизирующий — то есть очень болезненный массаж, а потом ее уложили на кушетку и намазали чем-то бледно-розовым. Когда эта штука подсохла, стало очень жарко, кожа горела, и страшно хотелось пить. Аврора мучилась с полчаса, а когда сняли пленку, в которую превратился крем, оказалось, что все тело красное, как после бани. На сей раз ее всю смазали бесцветным гелем и поместили в камеру с чем-то вроде жидкого азота — сначала было прохладно и приятно, а потом стало прохладно и неприятно. Но после ванны, усыпанной лепестками мандаринового дерева, Аврора почувствовала себя лучше, а когда взглянула в зеркало, ахнула: кожа была совершенной — персиковая, гладкая, блестящая, как после припудривания светоотражающей пудрой. И ни прыщика, ни складочки, ни пятнышка!

— Обалденно… — прошептала она и подумала, сколько же стоят такие преобразования.

Ей снова уложили волосы, освежили маникюр, накрасили и только тогда вывели к Даше, которая тоже светилась. Их платья за ночь почистили, отгладили, но Даша заявила, что второй раз ту же самую одежду не наденет, и подруги прошли в комнату, где их ждала стилист, которая привезла из модного магазина одежду, белье и обувь. Даша выбрала темно-синие джинсы, фиолетовый кожаный бомбер[Кожаная куртка типа «пилот». (Примеч. авт. )] от «Гуччи», как у Мадонны, свитер с воротом «хомут» цвета фуксии и сливовые сапоги.

— Теперь я яркая и агрессивная. Ясно? — спросила она, сделав выпад ногой в сторону Авроры.

Аврора не обратила внимания — она увлеклась джинсовой юбкой с косым разрезом и серебристой водолазкой.

— Ты думаешь, это как-то повлияет на результат переговоров? — с сомнением поинтересовалась она.

— Это повлияет на меня, — парировала Даша. — И на тебя, если ты не дура.

— Вообще-то я дура, — отрезала Аврора. — Я тебе что, сразу не сказала?

— Я догадалась! — фыркнула Даша и занялась аксессуарами.

— А тебе не кажется, что пятьдесят процентов жизни мы тратим на переодевания? — поинтересовалась Аврора, развалившись в кресле.

— Как я рада, что ты это сказала! — воскликнула Даша. — Я тоже подумала, что мы уделяем своему внешнему виду слишком мало времени.

— Слушай, да ты сегодня на нервах, — поддела ее Аврора. — Волнуешься?

— Не то слово… — вздохнула Даша.

Наконец они собрались, несмотря на то что Даша упиралась и кричала, что браслет не подходит к ошейнику. Аврора улыбнулась стилистке, помахала рукой и выволокла Дашу из здания.

Они выгнали машину из гаража и выехали в зиму, которая по необъяснимой причине у нас называется весной. Это было странное чувство — знать, что позади, за воротами, осталось лето, цветет жасмин, а здесь, в миру, — сугробы и противная слякоть.

За несколько километров до яхты Доната Даша поехала все медленнее и медленнее. Когда она сбавила скорость до первой передачи, Аврора нажала на гудок, чем отпугнула группу школьниц, которые с разбега ломанулись на переход.

— Ты чего?! — взорвалась Даша.