— Благородные девушки так себя не ведут. Тебе подобает бесстрастно смотреть в лицо врагам, а не вопить, как дикий кулан.

Услышав родную речь, монгольская принцесса перестала бояться и действительно успокоилась, так что я опустил её на землю.

— А тебе не подобает брать меня в плен. — Строго ответила девочка. — Ты, хотя бы, тысячник?

— Увы, пока нет. Больше, чем тремя сотнями командовать мне не доводилось. Хотя, — это я уже добавил вполголоса, — у твоего отца сейчас и столько не наберется.

Капризная принцесса поджала губки, и мне пришлось предложить другой вариант:

— Если хочешь, найду тебе князя. Ну что, идем?

— Ладно, — согласилась сквозь зубы чингиза. — Веди к князю. Обещаю, убегать не стану.

Святослава снаружи не нашлось, он куда-то уехал, зато в наличии имелся Ярик. Вот к нему-то я и подвел пленницу.

— Ну, вон тебе князь. Этот подойдет?

Ярослав с любопытством уставился на маленькое худенькое непонятное создание в мужской одежде, с двумя длинными косами и большим кинжалом в руке. Хотя она была старше княжича года на полтора, а то и два, но росточком не вышла, и он взирал на нее сверху вниз.

— Это что еще за пигалица?

— Алчу, дочка хана, правнучка потрясателя вселенной.

— А выкуп за неё дадут? — проявил деловую сметку практичный княжич.

— Вряд ли, мы же всю казну захватили.

После этих слов Ярик сразу потерял интерес к моей находке. Толку от пышных титулов и родословных, если за них и серебряной монетки не заплатят. Однако я настойчиво подтолкнул пленницу к нему и потребовал, чтобы юный князь официально принял её ножик в знак сдачи в плен.

— И что мне теперь нужно делать с этой Алсу?

— Разместить с комфортом, развлекать, устраивать пиры, возить на охоту.

От такой добычи, которую нужно только ублажать, Ярик был явно не в восторге. На его бесхитростном лице все эмоции проступили столь явно, что чингиза испугалось, как бы он не передумал, и придется ей попасть в плен к какому-нибудь презренному сотнику.

И тут у меня появилась идея. Раз у Батыя имеется дочка возрастом почти на выданье, то пусть кто-нибудь из князей с ним породнится. Это позволит хану сохранить лицо и заключить мир под благовидным предлогом. Так, а кого из владык выбрать? Ярослав Всеволодович, к сожалению, женат. Александр-будущий-Невский? Он далеко, да и княжества у него пока нет. Вольный Новгород таковым не считается. С Киевскими князьями сейчас проблема, они меняются как в калейдоскопе.

Пока я перебирал кандидатуры, Медлило с Проней, прослышавшие о пленнице, пришли на неё посмотреть и тут же затеяли спор. Они не могли прийти к согласию, выдавать её за князя Василия или за князя Святослава. Да и вообще, стоит ли русским князьям родниться с басурманкой, и не будет ли им в том попрания чести? Если так, то отдать её за боярина. К примеру, за меня или Тита Цвеня. Сами воеводы были женаты, поэтому мое имя и попало в число кандидатур.

Между тем пленница, ни о чем не подозревая, с любопытством рассматривала Яриков меч, который он ей с гордостью демонстрировал, и пыталась учить его своему языку:

— Месэ. — тыкнула она пальцем в лезвие.

— Не ме-сэ, а меч, — поправил Ярослав.

— Гулда — показала Алсу на железную палицу воеводы.

— Не гулда, а булава, — снова уточник княжич. — Что ты все коверкаешь?

Тут, совершенно машинально, я поинтересовался у наместника, почему в качестве потенциального жениха не рассматривают Ярика. Медлило радостно закивал, потряхивая своей окладистой бородой, а лицо мальчика, наоборот, перекосилось от ужаса. Найденный выход из этой ситуации его не слишком-то обрадовал.

— Что они говорят? — подозрительно поинтересовалась Алсу, видя, что все смотрят в её сторону.

Ярик без слов изобразил, как её ведут за руку и надевают на голову венец.

— Что, замуж? — возмущенно воскликнула монголка, и тут же с любопытством добавила: — А за кого?

Княжич по очереди указал на меня, на себя, на князя Святослава, на Тита, очень вовремя подоспевшего, и махнул в сторону города, где Василий руководил гарнизоном.

— Так много? — по-анимэшному округлила глаза Алсу. — Ну, вот этого Ти-та я точно не хочу, а остальные, конечно, ничего, но чей-то многовато. Я все-таки не тибетка, чтобы иметь несколько мужей за раз.

А что, это был бы выход, позволяющий князьям не ссориться из-за царевны. Но многомужие у славян не принято, а церковь так вообще прямо запрещает полигамию. Да, кстати, монголку же окрестить нужно и сделать это как можно скорее, чтобы народ относился к ней более приветливо. В ответ на разумное предложение хитрющий Тит Цвень тут же рекомендовал крестным отцом Чингисы стать мне, упирая на то, какая это честь. К тому же, раз я её изловил, то мне за неё и отвечать. О да, можно подумать, я не понял, в чем подвох — крестный отец не может сочетаться браком со своей крестницей, и Тит одним махом устраняет соперника.