— Не смогу объяснить, — произнёс он, сворачивая свой рисунок. — Она боялась, что мы причиним ей вред. Я попытался уверить её, что мы не будем. Это было так же, как с единорогом в прошлом году. Он тоже боялся нас. Существа не понимают нашего любопытства, поскольку сами не испытывают его к нам.

Гермиона на мгновение задумалась, а затем кивнула.

— А ведь так на самом деле может быть, — произнесла она. — Я никогда не думала таким образом. Этих существ забрали из дома, чтобы мы могли их изучить. Может, тебе стоит поговорить с профессором, Гарри? Думаю, никто никогда не учитывал мнение существ. Подумай, сколько пользы ты сможешь принести на уроках!

Гарри замотал головой.

— Ни за что, — жестко ответил он. — Я видел её лицо. Такое явно не является нормой. Мне не нужно дополнительное внимание. Пошли, скоро конец урока. Нужно сдать свои свитки.

Закрыв тему, Гарри медленно поднялся и не спеша направился к профессору Грабли-Планк. Гермиона и Рон последовали за ним. Сдав свои работы, они вернули складня обратно на стол и, попрощавшись с ней, отправились в теплицы, где у них вскоре должна была состоятьсяГербология. Звонок прозвенел, когда они уже подходили к теплицам. Из замка хлынули ученики. Это наверняка был четвёртый курс, так как одной из первых была Джинни.

— Привет! — улыбнулась Джинни, заметив троицу. — Ну и как вам пока денёк?

— Длинный, — с горечью ответил Рон. — Столько назадавали.

Гарри тряхнул головой и потер глаза под очками, а затем посмотрел на Джинни.

— Другими словами, слухи о тяжёлом пятом годе оказались правдой, — пояснил он. — Увидимся за ужином?

Джинни широко улыбнулась.

— Конечно! — воскликнула она и побежала догонять однокурсников. — Всем до вечера! Удачи!

Рон зарычал.

— Удачи, — передразнил он. — Она чего-то слишком весела.

— Зато ты слишком угрюм, — отрезала Гермиона, направившись ко входу в теплицу. — Честно, Рон, тебе на самом деле нужно жаловаться по любому поводу? Я еще поняла бы, если бы это был Гарри, которого все достали. Только он молчит, а ты сегодня весь день раздраженный. Чего так?

— Э-э... ничего, — с долей недовольства ответил Рон, бросив свою сумку на землю. — Просто слишком много домашней работы. Столько вчера задали, теперь ещё и сегодня. Ты хоть представляешь, сколько займёт написать эссе для Снейпа? Потом ещё История, Чары и моя любимая Трансфигурация. Спать вообще сегодня не придётся!

Гарри с Гермионой обменялись взглядами, но промолчали. Теплица стала наполняться пятикурсниками Гриффиндора и Хаффлпаффа. Кто бы мог подумать, что Рон взвоет на второй день учёбы? И хотя Гермиона обычно была единственной, кто постоянно говорил о домашней работе, Гарри не сомневался, что тоже бы взвыл, если бы не сделал два задания прошлой ночью.

Профессор Спраут не была оригинальной и тоже просветила их о важности СОВА, ну а потом приставила их удобрять растения драконьим навозом, от которого, похоже, была без ума. В конце урока им задали ещё одно эссе, и настроение Рона еще больше ухудшилось, хотя перед уроком такое казалось невозможным.

Голодные, удручённые предстоящей бессонной ночью, они слегка перекусили на раннем ужине (Джинни присоединилась к ним, как и собиралась) и отправились в башню Гриффиндора. Известие о том, что Гарри уже выполнил домашние задания по двум предметам, буквально шокировала как Рона, так и Гермиону, которые тут же решили последовать его примеру и принялись за эти предметы. Гарри же взялся за задание по Чарам. Воспользовавшись одной из своих собственных книг, которые хранил в сундуке, Гарри успел закончить с Чарами даже раньше, чем его друзья эссе по Зельям. Своё эссе по Гербологии, которое по сложности даже рядом не стояло с Чарами, Гарри закончил и вовсе быстро.

Рон, справившись с двумя эссе и заданием по Чарам, заявил, что ему нужен свежий воздух. Гермиона уже набрала воздуха в грудь, но не чтобы поделиться, а чтобы его укорить, но Гарри взглядом показал ей, что лучше промолчать. Вероятно, несколько глотков свежего воздуха — именно то, что нужно Рону в данный момент. Рон не настолько любил учиться, как Гермиона, и не выздоравливал после ранений, как Гарри. Глубоко внутри парень чувствовал, что было ещё что-то, но он не знал, как об этом спросить.

Следующее утро ничем не отличалось от предыдущего. Гарри рано проснулся, сходил на осмотр к мадам Помфри и уселся в Большом зале, принявшись заполнять очередным сновидением свой журнал снов, стремясь успеть до подхода учеников. Его правый бок теперь побаливал лишь время от времени, к большому удовольствию мадам Помфри. Уже завтра, возможно, боль вообще исчезнет, а к концу недели, обещала медик, Гарри сможет уже полетать, правда, только под присмотром. Однако это означало, что парень не сможет участвовать в испытаниях по квиддичу — и об этом нужно было поговорить с Анжелиной. Оставалось надеяться, что та не будет слишком беситься из-за этого.