Однако Летти с первых минут была нервозней обычного. Она не обратила внимания на приветствие мисс Тэйлор. придвинула кресло вплотную к постели и начала без обиняков:

— Тэйлор. мы все вместе ездили к Мортимеру. Это была совершенно бесполе зная…

— Да, да, мистер Уорнер мне говорил вчера, что…

— Абсолютно бессмысленная. Мортимеру доверять нельзя, Полиция, конечно, покрывает его. Он, должно быть, обзавелся сообщниками: один, видимо, юнец, другой — человек средних лет, шепелявый, затем еще иностранец, потом…

— Главный инспектор Мортимер, — сказала Тэйлор, — всегда казался мне сравнительно нормальным человеком.

— Нормальным — еще бы нет, конечно, он нормальный. Я и не говорю, что ненормальный. Я сделала большую ошибку, Тэйлор, когда оповестила его, что он упомянут в моем завещании. Он всегда так нарочито вникал в комитетские нужды, такой был отзывчивый. Теперь-то я раскусила все его расчеты. Он не ожидал, что я так долго проживу, и вот ищет способа запугать меня и сжить со свету. Я его, разумеется, вычеркнула из завещания и окольным путем дала ему об этом знать — в надежде, что он уймется. Но он, наоборот, озлобился и утроил свои усилия. Прочим всем звонят лишь для прикрытия, понимаете. Тэйлор, это ложные звонки, для прикрытия, понимаете? И похоже, Эрик орудует с ним заодно. Я писала Эрику, и он ничего не ответил, что уже само по себе подозрительно. Словом, их главный объект и настоящая жертва — это я. Мало того, они пошли дальше. Вы помните, недели три назад я распорядилась, чтобы мне отключили телефон?

— Да-да, — сказала мисс Тэйлор, прикрыв утомленные глаза.

— Ну так вот, вскоре после этого я как раз ложилась спать и могу поклясться, что услышала шум возле окна спальни. Как вы знаете, окно мое выходит…

С месяц назад дама Летти взяла в обычай каждый вечер перед сном обыскивать свой дом. Лишняя предосторожность никогда не помешает. Она обыскивала дом сверху донизу, шарила под диванами, заглядывала под кровати, раскрывала шкафы. И все равно повсюду раздавались скрипы и непонятные звуки. Ночной обыск сада и дома занимал минут сорок пять, и к концу обыска дама Летти так уставала, что ей не под силу было успокаивать свою горничную. Через неделю такой жизни Гвен объявила, что в доме водятся привидения, а дама Летти — полоумная, и сбежала.

Так что, когда дама Летти навестила мисс Тэйлор в лечебнице Мод Лонг, долгожительницы пришлись ей отнюдь не под настроение.

— Я бы на вашем месте, — отважилась заметить мисс Тэйлор, — все-таки известила бы полицию о своих подозрениях. Если кто-то норовит забраться в дом, то полиция, конечно же…

— Полиция, — объяснила дама Летти изнеможенно-терпеливым голосом, — покрывает Мортимера и его сообщников. В полиции вообще рука руку моет. И Эрик заодно с ними. Они все заодно.

— Хорошо бы вам немного отдохнуть в санатории, где-нибудь на природе. Вы, должно быть, очень вымотались.

— Это мне-то? — изумилась дама Летти. — Нет, Тэйлор, пока все физические способности при мне и я могу передвигаться на собственных ногах, никаких санаториев. Я ищу новую горничную, женщину постарше. Теперь так трудно найти кого-нибудь — им всем подавай телевизор. — Она поглядела на престарелых пациенток, обсевших телеэкран. — Пустейшая растрата государственных средств. Омерзительное изобретение.

— Право же, именно для подобного случая изобретение как нельзя более уместное. Он их целиком занимает.

— Тэйлор. я к вам больше прийти не смогу. Это чересчур выбивает меня из колеи.

— Поезжайте отдохните, дама Летти. Забудьте вы о своем доме и о телефонных звонках.

— Даже частный детектив, которого я наняла, стакнулся с Мортимером. Мортимер всем этим заправляет. А Эрик…

Мисс Тэйлор промокнула больной глаз под очками. Ей хотелось закрыть глаза и отдохнуть, она никак не могла дождаться звонка, обрывающего час посещений.

— Мортимер… Мортимер… Эрик… — продолжала дама Летти. Мисс Тэйлор почувствовала, что теряет всякое терпение.

— Как я понимаю, — сказала она, — звонит вам по телефону сама Смерть, извините за метафору. И совершенно ума не приложу, дама Летти, как это можно пресечь. Раз вы не помните о смерти, то смерть сама вам о себе напоминает. И коли уж вам эти напоминанья не под силу, то лучше всего езжайте отдохните.

— Вы, кажется, совсем рехнулись. Тэйлор, — сказала дама Летти, — и я больше ничего не могу для вас сделать.

Она вышла из палаты, потребовала к себе старшую сестру и сообщила ей, что, по всей видимости, мисс Тэйлор утратила рассудок и подлежит усиленному наблюдению.

Когда Гвен ушла от дамы Летти, она, естественно, рассказала своему парню про ночные обыски, как сумасшедшая дама рыскала по дому, тыкалась во все углы и совалась во все шкафы. как она выходила в сад и шарила под кустами электрическим фонариком, то-то у нее со зрением и стало плохо.

— Я говорю, позовем полицию, — говорила Гвен. — Нет, ни за что, полиции она не доверяет. А чего доверять, там над ней смеются. Ой, ну у меня прямо мурашки по коже — ведь это только прислушайся, так услышишь шорохи во всем доме, и в темноте бог знает что привидится, а я как забоюсь, выгляну в сад, то ничего, а то на нее и наталкиваюсь. Ой, ну в доме, ей-богу, привидения завелись. Терпежу никакого не стало.