Пьянка была, в общем-то, незамысловатой. Стол был забит продуктами, купленными и выменянными у местных. Барана зарезали. Шашлык из баранины, да ещё и свежайшей, не далее как утром блеющий, безусловно - вкуснятина. Лаваш - непременный атрибут местного застолья. Не та муть,что в наших булочных - блин хлеборезиновый, который ни прожевать, ни отгрызть, а свежайший, мягкий запеченный хлеб, безумно вкусный.

Кота за хвост тянуть не стали, и Серега, выдав причитающуюся фразу:

– Товарищи офицеры...- въебал кружку водки.

Держится молодцом... картинно занюхивает рукавом, и, чуть сбиваясь голосом, на откате, сообщает собравшимся, что стал капитаном. Собравшихся,надо сказать, не много. Управление роты, да пара представителей соседей, с которыми взаимодействует рота.

Отставив кружку, Серёга явно не стремится вливаться в общее тостирование... оно и понятно... на войне-то пить никто особо не мешает господам офицерам, да дорого обернуться может. А тут сразу на грудь кружку водки - поболе положенного стакана выходит.

Да его и не затягивают особо, чем я и намерен воспользоваться. Это Витька вон - в своей стихии... уже нашёл свободные уши, и рассказывает, "как мы там в горах...". А мне интересно, что да как там с Серёгой.

У него всё тривиально оказалось. Я как с Борзи свалил, так его жена прижала, мол, давай, шевелись, и поехали из этой жопы. Уходил тоже по звонку. Как у него там, что срасталось, непонятно, но не срослось. Швырнули из одного угла задницы в другой, но с конкретным повышением в должности. Дали роту и сказали - будь благодарен, старлей. Ну, Серега-то, естественно, убиваться не стал, но и служить особо рваться перестал. Роту подмял, конечно, а дальше только за сохранностью и следил. Ну, а потом вот в Чечню звать стали. Конечно, посулили после командировки местечко поближе к цивилизации и всё такое.

Добровольно-принудительно, так сказать, рекомендовали съездить, впрочем, как и мне. В армии вообще добровольцев любят, только кто-то бездумно добровольцем к чёрту на рога, а кто-то чётко понимает, что делает. Первых, конечно, любят больше, но, как правило, выживают вторые.

В семье у него вроде как прибавление наметилось перед его убытием. Отправил жену к родителям, а сам бабло колотить да карьеру строить. Альтернатива - служба в жопе, и там же - рождение ребёнка в чёрт знает каких условиях. Потом, опять таки, ни садика, ни условий. Да что говорить?? Не нужда крайняя, так ехал бы кто сюда?? Только такие идеалисты, как я, да и то из-под палки. Вон, контрабасов как набирали - половина бичи и отребье спивающееся, да с отсидок вышедшее. Не все, конечно, но до хуища таких. Поговорили и о них. Те же истории. Хребты им ломать приходилось, будьте-нате. Тоже ведь думали, что на прогулку с автоматом приехали, и по понятиям, а не по уставу жить будут. Да война быстро дурь вышибает. Тоже стреляли некоторых, с отписыванием о геройской гибели на родину героя. Ну, а как по другому? Если невменяемое мурло получает в руки оружие и мародерствует беспредельно? Только валить, чтобы другим неповадно было. Ну, конечно, это крайности - но было. Да и потом, ничто так не сближает, как общая опасность получить дырку в шкурке. Поневоле дружба крепнет с каждой пулей над головой. Не прикроешь своего - и тебя уже некому прикрывать будет.

Разговоры-то у нас одни и те же. Все истории очень похожи, ну, оно и понятно, одно дело делаем - одним воздухом дышим. Дошли до баек - ржём. Серега рванулся было влиться в тостование, да удержался... молоток. Налить-то налили бы, однако мозг терять, да ещё на ночь глядя, явно не стоит. Да и мне пора прекращать, а-то я, похоже, уже...

Вот тут и рвануло... не дошли мы до разговоров тяжких и песен про "Чёрного ворона".

Все вскакивают и бегут куда-то. Ну, у них, понятно, всяк свой манёвр знает, а нам-то?? Мы с Витькой дуем к Серёгиной палатке - оружие там.Палатка, в которой пили, так же стоит под защитой стен этого то ли цеха, то ли склада. Так что зигзаги изображать нехуя. Лупят где-то во вне. Тамохранение, похоже, бой держит. Долетаем до своей палатки, экипируемся. Смотрим друг на дружку.

Снаружи палатки вырубают и без того неяркий свет.

–  Ну, чо??

– Давай Серегу искать... он скажет, чо да как...

– Да где мы его щя искать-то будем??

– Ну не тут же сидеть!!

Выскакиваем. Натыкаемся на Серёгу. Он с калашом без разгрузки... увидел нас. Так бы мимо проскочил, а тут тормознул...

– А вы куда??

– Куда скажешь...

– Отставить, не хватало ещё, чтобы вас тут...

– Товарищ старший лейтенант... сигналка с территории, - орёт боец у бойницы метрах в тридцати от нас. Серега для них в горячке боя опять старлей - не привыкли ещё.

– Черт, - цедит Серёга.

Тут же к нам подбегает запыхавшийся другой боец.

– Товарищ старший лейтенант... там замполит на дальнем охранении... по ним чем-то серьёзным влупили... "муху" просит...

– Какая ему, блядь, "муха"??

У Серёги дел и без нас хватает, разворачиваюсь и несусь к бойцу, что о сигналке доложил.

– Скворин... аккуратней токо... не вылазь, - в спину инструктаж по мерам безопасности. Боец лупит в бойницу короткими. Подбегаю. Рядом с бойцом такая же бойница - дырка, пробитая ломом в стене.

Выглядываю. Не видно ни хрена. Освещения на улице не столько, сколько в палатке, явно.

– Боец, где сигналка была??

– Левее вона той будки... если идти и там за корпусом...

– А лупишь куда??

– Дык левее и луплю!! Дорога-то тут по заводу одна. И там снаружи охранение... туда ж стреляют...

Охранение, похоже, решило туда выпустить весь б/к.

– А по тебе стреляли??

– Не знаю... вроде нет, однако...

– Понятно.
– На сигналку мы всегда отвечали, отвечаем и отвечать будем морем огня. По кому?? Куда?? Но на войне не до правил "не вижу - не стреляю!!". Иногда лучше уж врезать длинной по кустам для собственного успокоения, чем дождаться, пока тебя успокоит тот, кого ты чуял, но не заметил.