– В пользу кого?

Я лукаво улыбнулась подруге и подмигнула ей.

– А как ты думаешь?

– Могла и не спрашивать. – Она рассмеялась, и я закрыла глаза. – Почему ты не сказала мне, что приедет Джон?

– Это было для тебя проблемой? Андж, прости, я…

– Нет, всё нормально. Просто… я была не готова принимать гостей.

– Он не гость. Он помощник. И мой хороший друг.

– Всё равно. Ты могла мне сказать.

Я улыбнулась ей и прикусила губу.

– Он тебе понравился.

– Нет. С чего ты взяла? Глупость какая.

– Понравился, я же вижу. – Я повернулась лицом к подруге и посмотрела на неё, всё ещё улыбаясь. – Он хороший парень. Веселый, милый, галантный, холостой.

– И меня не интересует.

– Ой, да ладно тебе, ты не умеешь врать. – Я улыбнулась. – Я читаю тебя, как открытую книгу. Всегда читала.

– Не в этот раз. Сейчас ты ошибаешься.

– Я никогда не ошибаюсь во всём, что касается флюидов. А если, это ещё и твои флюиды…

– О, Боже, Парсон.

– А что? Ты сама-то веришь в то, что говоришь?

– Я – верю. И тебе бы следовало.

– Мм, не думаю, что смогу. – Я прикрыла глаза, как бы задумавшись. – Моя безграничная любовь к тебе, мешает мне верить тебе в таких делах.

– О, да. – Она еле заметно улыбнулась.

– Ты что-то недоговариваешь мне, я чувствую. – Я придвинулась к ней ближе, сощурив глаза.

Она посмотрела на меня, как бы безучастно пожав плечами.

– Он пригласил меня на обед.

Я удивленно подняла брови.

– Серьезно? Обалдеть. – Я подпрыгнула на диване, обняв, попавшуюся под руку подушку. – Это же круто! О, мамочки мои! Я готова кричать и прыгать от радости! Я видела, что вы говорили, но чтобы сразу обед, это… вау.

– Угу. Мы говорили о студии, он расспрашивал меня о том, почему я снимаю именно здесь, и удобно ли мне. И немного рассказал о себе. Мы и поговорили всего-то минут десять.

– Вы говорили час. И это минимум, потому что дальше я не осмелилась высчитывать минуты. – Я улыбнулась подруге и увидела её брови, ползущие вверх.

– Ты засекала время?!

– Я твоя подруга. Конечно, я засекала время.

Анджелина немного улыбнулась мне.

– Ты невыносима.

– Мне говорили. – Я рассмеялась ей и обняла подушку сильнее. – Ну, я надеюсь, ты сказала ему «да». – Анджелина промолчала, и я укоризненно посмотрела на неё. – Ну, нет, только не говори мне, что ты ему отказала.

– Отказала.

– Почему? Боже, ну вот почему?

– Потому что… он мне не понравился, я уже сказала тебе об этом.

– Ой, ну да. – Я раздражительно закатила глаза. – Я тоже уже сказала тебе, что вижу, когда ты не честна. И эти твои отговорки - лишь твоя защитная реакция. На чувства.

– У меня нет никакой защитной реакции. – Она встала и прошла на кухню.

– Есть, и всегда была. Сколько я тебя помню. Ты никак не можешь забыть, как тяжело тебе было, хотя и прошло уже целых 6 лет. – Ответом мне стало молчание, поэтому я продолжила. – Раньше ты пыталась скрыть свою боль за весельем, а сейчас ты просто боишься что-либо чувствовать.

Она вернулась с кухни с двумя бокалами вина и протянула один мне.

– О, кого-то мне это напоминает.

Я согласно кивнула и взяла, протянутый мне бокал.

– Да. Меня же. И, как человек, который уже через всё это прошел, я говорю тебе, что это было самое отвратительное, что я когда-либо делала в своей жизни.

– Я рада, что ты это поняла, потому что Джейсон заслуживает большего, как и ты. Вы оба заслуживаете. – Она села на диван и отпила из бокала. Я смотрела на неё до тех пор, пока она не вздохнула. – Ну что?

– Меня раздражает, когда ты переводишь тему. Свои ошибки я уже поняла.