Славика стояла у мойки и чистила картошку для завтрака. Наталья подкралась сзади.

– Ты слишком много работаешь.

Хозяйка гостиницы резко обернулась, держа картошку и нож в руках.

– Ты! Наталья, ты меня напугала.

Ее глаза распахнулись от беспокойства, когда она рассмотрела внешний вид Натальи.

– Что с тобой случилось? Ты не ранена?

Наталья поняла, что вся измазалась в крови. Большая часть, которой принадлежала Викирноффу.

– Я – в порядке. Со мной кое-кто, кого надо поднять в мою комнату незаметно. Ты мне поможешь? Он ранен.

– Сильно? – Славика была сама практичность.

Наталья широко ей улыбнулась.

– Ты – замечательная. Спасибо. Он плох. По дороге он потерял слишком много крови, но я не могу отвезти его в госпиталь.

– Здесь есть потайная лестница, – призналась Славика. – Гостиницу построили на месте старого монастыря. Часть его постройки сохранилась и позже была переделана в гостиницу. Только наша семья использует лестницу и комнаты со стороны спальных помещений.

– Если постоишь на страже, я его приведу, – отозвалась Наталья, чувствуя огромное облегчение.

Наталья выбежала из кухни и поспешила к густым кустарникам, где она оставила охотника. Увидев его, она замерла на месте. Выглядел он ужасно: осунувшийся, глаза закрыты, бледное, посеревшее лицо и маленькие капельки крови проступили на лбу. Сердце гулко забилось, в желудке всё перевернулось.

– Викирнофф? Ты сможешь дойти ещё несколько метров до комнаты?

Она не могла опять перевоплотиться в тигра, а он выглядел пугающе измотанным и бледным.

Он открыл глаза и, с её помощью, поднялся на ноги. Устоять на ногах ему было не по силам, и она обхватила его одной рукой.

– Ещё чуть-чуть и сможешь прилечь. – Наталья пыталась его приободрить.

– Здесь не безопасно, – сказал он Наталье, когда они вошли в кухню. Он выдавил из себя неуверенную улыбку, когда Славика встревожено ахнула.

– Я не хотел вас испугать.

– Для меня честь принимать вас, сэр. Мой дом – ваш дом. – Славика сделала реверанс, её рука, в защитном жесте потянулась к горлу. – Сюда, быстрее. Работники будут здесь с минуты на минуту. Они придут готовить еду. Вы должны поспешить.

Викирнофф застыл, подняв руку, призывая к тишине, и посмотрел в сторону кухонных дверей. Приглушенные голоса приближались прямо к ним. Он взмахнул рукой и, голоса начали удаляться – мужчины сменили направление и ушли в другую сторону.

Наталья ощутила, как его тело дрожит от боли, ведь он потратил энергию, чтобы отослать тех мужчин. Она сильнее обхватила его за талию и потащила в конец комнаты, где Славика открыла панель в углу. Лестница вела к двери в личные покои, а также на второй этаж.

– Ещё несколько минут, – прошептала Наталья. Как же ей хотелось, чтобы он хоть раз пожаловался. У неё самой пульсировало и жгло в лодыжках и боку, а ведь эти раны даже и близко не такие серьёзные, как у него. Тем не менее, Викирнофф молчал, он даже не пикнул, когда его избитое тело проталкивалось сквозь узкую лестницу. Он и на неё не сильно опирался, опасаясь за её бок, лишь иногда его ладонь притрагивалась к ране девушки. И каждый раз она ощущала тепло, боль стихала, но было заметно, что он становился более слабым и бледным.

– Прекрати – прошипела она. – Я серьёзно. У меня было тысячи таких ран. Я знаю, когда рана серьезна. И сейчас моя – точно нет. Вампиры были достаточно осторожны и не нанесли мне никаких смертельных ранений. Разберусь с этим позже, – она открыла дверь своей комнаты и остановилась, глубоко вдыхая воздух. – Кто-то здесь побывал.

Славика покачала головой.

– Горничные делают уборку по утрам. Ты ушла вечером. Они должны были уже закончить.

– Сейчас здесь никого нет, – промолвил Викирнофф, – но совсем недавно здесь был мужчина. От него пахнет табачной трубкой и одеколоном.

– Тот мужчина, в баре, прошлым вечером, – сказала Наталья – Славика, как его зовут? – она провела Викирноффа к постели.

– Барстоу, Брент Барстоу. Он проезжает через деревню несколько раз в году. Говорит что по работе, но… – хозяйка гостиницы умолкла, мотая головой.

Викирнофф внимательно на неё посмотрел.

– Но он заставляет вас нервничать.

– Очень сильно нервничать, – призналась Славика. – И он спрашивал меня о дочери, Ангелине. Мне совсем не понравились эти вопросы.