– Вопросы о… – не отставал Викирнофф.

Когда он стоял, покачиваясь и изучая владелицу гостиницы, Наталья почувствовала его боль, как свою собственную. У неё возникло непреодолимое желание покончить со всем этим, вырубить его и бросить на постель.

– Он хотел узнать о людях, что проживают на этой территории, – ответила Славика.

Как только Викирнофф упал на мягкие простыни, он сразу отвернулся, но Наталья успела увидеть выражение острой боли на его лице, которое он не сумел спрятать. Она не удержалась и отвела со лба пряди его чёрных волос.

– Славика – медсестра и знахарь. Она тебе поможет.

– Сначала пусть осмотрит твои раны, – приказал он.

Наталья убрала руку.

– Ну вот, опять двадцать пять.

Девушка злилась на себя за глупое нежное ощущение, что возникло где-то в глубине души, когда она к нему прикоснулась. Разве можно быть такой жалкой?

– Не приказывай мне.

Она вздрогнула от резкости собственных слов. Потом отвернулась от мужчины и начала суетиться, затягивая окна и двери балкона занавесками, чтобы отгородиться от утреннего солнца.

Славика сидела на краю кровати.

– Ему понадобятся ещё кое-какие вещи, Наталья. На кухне, в буфете есть деревянная чаша. Возьми её и наполни самой плодородной землёй, что только найдешь в саду.

Она наклонилась и убрала со лба пряди волос Викирноффа, что не давали покоя Наталье. Пальцы Славики задержались на холодной коже мужчины.

– Ты потерял слишком много крови. Я вынуждена послать за твоим принцем. Тебе нужна помощь, он захочет знать об этом.

Викирнофф поймал её за запястье.

– Ты знаешь, кто я, – ответ он увидел в её глазах. Очень мало людей знали об их существовании. Не только ради защиты карпатского народа, но и всего человечества. Если Славика знала об их расе, значит – она под защитой их принца. – Кто ты?

– Меня зовут Славика Остоич. Мою мать звали Кукич. А тебя как зовут?

Перед тем, как ответить, он хорошенько изучил её сознание и был поражен, когда понял, что она дружила с принцем его народа. Викирнофф слышал, что у Михаила Дубрински были друзья в мире людей, но секреты их расы людям доверялись крайне редко.

– Викирнофф фон Шрайдер. – неохотно раскрыл он своё имя, не сумев полностью преодолеть присущую ему скрытность. Мужчина редко доверял словам, держал всё в секрете и, когда нужно было, принимал решительные меры. Эта ситуация была совсем незнакома для него, он действовал в слепую.

– Моя семья владеет этим отелем уже столетие. Михаил Дубрински помогал моей матери содержать его, когда в стране была тяжёлая ситуация. Он всегда был другом нашей семьи, и мы высоко ценили эту дружбу.

Викирнофф с трудом сосредоточился на объяснениях женщины. Голод почти полностью овладел им. Сердцебиение женщины отдавалось через всю комнату и эхом стучало в его голове. Запах крови окутал его, и каждая частичка его тела требовала, чтобы он начал питаться ради спасения себя, а также его Спутницы Жизни.

Славика нагнулась ближе к нему, и его взгляд тот час же устремился к пульсирующей жилке. Этот маленький ритм манил и искушал. Его рот увлажнился, а резцы удлинились.

Он медленно потянулся к её шее, нуждаясь. Очень сильно нуждаясь. Викирнофф заставил себя отстранился. Он не будет кормиться тем, кто под охраной его принца. Чтобы заглушить ужасное чувство голода, мужчина сосредоточился на своей Спутнице Жизни.

Наталья суетилась с занавесками, но её спутанные эмоции всё время били по его сознанию. Комната менялась и кружилась, когда он прислушивался к приливам и отливам крови в жилах. Его главным побуждением было защитить её, предъявить на неё права. И тело и душа Викирноффа с криком тянулись к ней, хотя она пыталась отгородиться от него. Запах девушки доводил его до крайнего возбуждения.

– Нужно послать извещение принцу, – повторила Славика. – Он будет недоволен, если я этого не сделаю.

Викирнофф устало прикрыл воспаленные глаза. Он понимал, что из-за его травм Михаил Дубрински может быть подвергнут опасности.

– Принц в опасности. Именно это послание ему нужно отправить. Это намного важнее, чем беспокоить его на счёт моих ран. Я и так исцелюсь. У меня были ранения похуже, и, без сомнения, ещё будут.

Услышав нотку усталости в последнем замечании, которую Викирнофф не смог утаить, Наталья пристально посмотрела на него. До этого она старательно избегала смотреть в его сторону, но теперь увидела, как заострились черты лица от боли, кровь на груди от ран, когда Славика разрезала рубашку. У неё оборвалось сердце при виде этого ужаса. Наталья знала, что на спине у него будут царапины, длинные глубокие следы, там, где её когти разодрали его спину от плеча до самой талии. Ее затопил стыд. Наталья слишком медленно отбивалась, когда он возник между ней и вампиром. Тем не менее, в сознании Викирноффа она не нашла никаких следов вины или обиды.

Его сильное и крепкое тело разрушала боль. Буквально всё в ней кричало от желания прикоснуться к нему, облегчить эту боль. Она засмотрелась на руки Славики, что двигались по обнаженной коже Викирноффа. Успокаивая. Исследуя. Притрагиваясь. Наталья затаила дыхание. Эти руки завораживали её. Выводили из себя. Где-то глубоко внутри зашевелилось что-то тёмное и опасное.

Занавески выскользнули из рук, и свет утреннего солнца пролился на неё. Викирнофф, почувствовал неожиданную опасность и повернул голову в её сторону. Широко раскрыв глаза, он увидел, как Наталья прижимается к стене, лучи света скрывали её, и было трудно что-то разглядеть, не напрягаясь. Несмотря на боль, что причиняло каждое движение, он повернулся на бок, щурясь, пытаясь сконцентрировать свой взгляд на девушке.