Дин тоже будет в ярости. Раш услышал всё то дерьмо, и это вовсе не понравится Дину. Я не мог винить его. Он любил парнишку. Хоть его мамочка была сукой, он был милым ребёнком. Я не должен был допустить, чтобы она так довела меня при нём.

– Думаю, мне следует уехать, - произнёс нежный голос Эмили. Интересно как же слова произнесённые этим милым ртом могли так болезненно скрутить внутренности. Моя Эмили хотела покинуть меня.

Я повернулся к ней, стоящей в дверном проёме. Она была красивой. Всегда такой красивой. Её длинные тёмные волосы обрамляли её лицо, а опухлость её глаз, говорила, о том, что она плакала. Из-за меня. Я ненавидел себя. Я был испоганен.

– Не бросай меня, - сказал я, вставая и борясь со своим телом, когда комната кружилась вокруг меня. Я слишком много набрался. Чертовски слишком набрался.

– Я не могу оставаться здесь. Я не согласна с тем, как вы живёте. Возможно я звучу ханжески, но я не могу жить в таком мире.

Я заметил очевидную боль в её голосе. Она не хотела оставлять меня. Она лишь была слишком напугана, чтобы остаться. Она слишком много выяснила обо мне. Слишком чертовски быстро.

– Я испорчен, Эмили. Я всегда был таким гнилым. Мои родители не хотели меня. Они чертовски ненавидели меня. Однажды я пришёл домой из школы, а моя мать собрала мои пожитки и оставила перед порогом. Мне было тринадцать. Она сказала, что устала быть моей мамой. Сказала, что сука, родившая меня убежала от моего отца, когда я был младенцем, и, что я был точь-в-точь как она. В тот же день я выяснил, что был нежеланным для моего отца тоже. У меня не было никого. Мама Дина приютила меня. Позволила мне спать в их гостиной. Они в конце концов получили опеку надо мной. Меня убило, когда она скончалась от рака груди. Единственный человек, который когда-либо захотел помочь мне.
– Я был пьян и нёс всякое дерьмо, чего никогда не оглашал. Мне следовало остановиться, но Эмили бросала меня, и я не мог. Мне нужно было, чтобы она осталась. Я не мог потерять и её.

– Все бросают меня. Я плохой. Я того не стою.
– Я швырнул бутылку в камин.
– Потому что я чёртов никчёмный.
– Я повернулся обратно к ней.

Слёзы наполнили её глаза и уже текли по её лицу. Я заставлял своего ангела плакать. Я разрушал всё. Я не мог позволить себе разрушить и её. Она слишком много для меня значила. Она была особенной.

– Я не был предназначен для ангела. Мне никогда не стоило приблизиться к тебе. Ты всегда была слишком хороша для меня. Я лишь хотел быть ближе к тебе. Видеть твою улыбку. От этого внутри меня всё становилось единым-целым. Неприятное и грязное дерьмо в моей жизни становилось легче, когда ты рядом. У тебя есть этот свет, Эмили. Оно так ярко. Оно согревает всё вокруг тебя. Ты согреваешь меня. До тебя я всегда был таким пустым и холодным.

Затем она шевельнулась. Я подумал, что она достаточно наслышалась и уходила. Я не знал, выживу ли на этот раз. Потерят Парень может пережить лишь столько. Я упал на колени и опрокинул голову в свои руки. Я разрушил всё.

– Киро.
– Голос Эмили донёсся рядом, и её руки обернулись вокруг меня.
– Ты не никчёмный. Ты тоже особенный, - Её слова разрушили всё, что осталось от моего сердца.

– Не говори чушь вроде этого, перед тем как покинуть меня.
– Мой голос был грубым. Я раскрыл ей всё: мою слабость, мои страхи, мою боль. Я никогда никому этого не показывал. Никогда.

– Я не бросаю тебя. Я не покину тебя пока ты не выгонишь меня. Я не хочу уходить от тебя. Ты делаешь меня счастливой. Ты заставляешь меня ощущать вещи, которые одновременно пугают и приводят меня в восторг. Я не хочу уходить.

Водка трахала мне мозг.
– Ты хочешь уйти. Ступай, Эмили. Беги от меня, детка. Я не стою и дерьма.

Тихий плач около моего уха, моё тело охватило осознанием,

– Посмотри на меня, - умоляла Эмили.

Я поднял голову и увидел моего ангела на коленях, покрасневшими глазами и намокшим от слёз лицом. Она крепко держалась за мою руку, словно отказывалась отпускать меня.

– Я не брошу тебя. Никогда. Единственный способ избавиться от меня - вышвырнуть меня на улицу и сказать, что больше не хочешь видеть меня снова. Ты, Киро Мэннинг, заслуживаешь это. Ты заслуживаешь многого.

Я раскрыл свои объятия, и она бросилась мне в руки с громким всхлипыванием, цепляясь за меня. Я крепко обнял её и зарылся в её шею, вздыхая. Она пахла мёдом. Так чертовски сладко.

– Я никогда не попрошу тебя уйти. Ты мне нужна, - сказал я напротив её шеи.

– Хорошо. Потому что ты мне тоже нужен.

Я усилил свою хватку и откинулся напротив дивана, качая её в своих объятиях. Она не бросала меня. Она хотела остаться. Она хотела меня. Как же мне удалось заполучить ангела рядом со мной? В этой жизни я не сделал ничего правильного. Я испоганил больше жизней, чем мог представить.

– Сегодня ты правильно сделала, отталкивая меня, - сказал я ей, позволяя своим рукам пройтись по её волосам, скользя пальцами по её шёлковым прядям. Я вышел из её комнаты, зная, что не имел права притрагиваться к ней так как сделал. Она была слишком хороша для меня.

– Серьёзно?
– ответила она.

– Да. Я не заслуживаю тебя.

Она откинула голову и уставилась на меня. Её слёзы прекратились, но её лицо было всё ещё мокрым. Я ненавидел мысль, что она плакала за меня. Я никогда не хотел, чтобы она плакала.

– Я боялась, что потеряю тебя, если мы сделаем что-то, - прошептала она.

Потерять меня? Она думала, что потеряет меня? Боже, она что, ещё не осознала? Я был покорён. Она единственная для меня. Я буду счастлив, даже если это было всем, что я получу от неё до конца своих дней. У меня была она.