Она никогда не уйдёт от меня.

Я двинулся вверх по её телу и взял её рот. Она не была против своего вкуса у меня во рту. Её руки схватили мои и держали меня ближе к ней.

– Займись со мной любовью, Киро, - сказала она у моего рта.

Я никогда не занимался любовью. Я и не знал как на хрен заниматься любовью. Но, чёрт побери, я сделал бы всё, что ей хотелось, если это значило, что я могу войти в неё. Так, чтобы она была частью меня. Давая мне свет, который был только у неё.

Я сорвал свою майку, затем содрал джинсы. Когда я вернулся к ней, между нами не было преград. Это было потрясающе. Её мягкая кожа ласкала мою, когда я двинулся и прижался к ней, дав этому ощущению впитать меня. Поглотить меня.

– Я чист. Я проверился две недели назад, и с тех пор ни с кем не спал. Я не хочу, чтобы нас что-то отделяло. Я хочу почувствовать тебя.
– Умолял я, но я и вправду проверился, когда знал, что еду домой и еду за ней. К тому времени никто уже не интересовал. Она была всем, о чём я мог думать. Всё, что я хотел. Когда последняя цыпочка отсосала у меня, и я выкрикнул имя Эмили, я знал, что это было моим концом.

– Я ничего не принимаю, - сказала она, смотря на меня этими большими глазами. Она тоже хотела меня, но была напугана. Не уверена.

– Я вытащу. Просто впусти меня внутрь ненадолго. Дай мне ощутить какого это без защиты между нами.

Она кивнула и проскользнула пальцами мне в волосы.

– Я тоже этого хочу.

Боже, был в грёбаном раю. Ангелы существовали наяву, и у меня был свой. Она была вся моя.

– Сначала будет больно, но я клянусь тебе Эмили, я буду ласков. Я сделаю как надо.

Она улыбнулась мне и подняла голову, чтобы поцеловать меня в губы.
– Я доверяю тебе.

Эти слова стали моей погибелью. Одним несильным толчком я почувствовал какой тугой и невинной была она. Я вжался сильней, пот струился по моей спине. Я не хотел сделать ей больно. Я никогда не хотел причинять ей боль. Но чёрт бы побрааааал. Я никогда не ощущал ничего подобного. Никогда. Ничто не могло бы сравниться с этим.

Барьер, подтверждающий её девственность остановил меня, я нагнулся и поцеловал её в губы:

– Я люблю тебя,- прошептал я ей слова, которые никогда никому не говорил, прежде чем толкнулся в тесноту, которая соединит меня с моим ангелом.

Эмили закричала и захныкала, держась за мои руки. Я остановился, осыпая её поцелуями, обещая, что скоро облегает и я позабочусь о ней. Мои мышцы болели от попытки сдержаться, когда мне хотелось ворваться в неё глубже и двигаться. Я любил её. Вот, что значило заниматься любовью. Но сейчас мне нужно было трахнуть её. Моё тело хотело трахнуть её.

Она подняла свои бёдра навстречу моим, а я наблюдал как она вздохнула и выгнулась напротив меня. Я начал медленно двигаться. С каждым толчком я всё глубже входил в самую узкую киску, на свете. Было ощущение, словно она сжала меня в мягких, влажных тисках, и я был уверен, что, если я умру прямо сейчас, то это будет нормально. Я овладел всем самым лучшим в жизни. Это было последним штрихом. Не было ничего лучше.

– Тебе всё ещё больно?
– спросил я, с желанием двигаться жёстче, быстрей.

– Нет, - сказала она, запыхавшись.
– Мне так хорошо.

Я качнул бёдрами и зарылся в ней настолько глубоко, насколько мог. Она встречала каждый мой толчок и вскриком. Это был самый сексуальный звук в мире.

– Ты такая чертовски тугая. Боже, ангел, ты хотя бы знаешь как ты меня разрушила?
– спросил я, начав трахать её.

Она подняла свои колени, сжав к моим бёдрам, и подавлял нужду кончить. Я не мог кончить в ней, а она не была ещё близка. Я хотел, удовлетворить её прежде чем кончу.

Наклонив голову, я поцеловал её ушко:

– Я хочу слышать как ты кончаешь. Я хочу ощутить эту сладкую киску во время твоего оргазма. Потому что с этих пор это моя киска, Эмили. Моя чёртова киска. Я буду тем, кто позаботиться о ней. Я поцелую её, когда тебе захочется. Я позабочусь о своей киске, - прошептал я, целуя её ушко и потянул мочку в рот.

– Ох Боже, Киро, - выдавила она.
– О Боже.

Она была так близка. Я облизал её шею, затем под её подбородком.

– Оказывается не только твоя киска такая сладкая, но и всё твоё тело. Я хочу съесть тебя. Не могу оторваться от тебя, Эмили.