– А и не увидишь еще четыре лета. Уезжаю я. Мне ни Михась, ни брат его задаром не нужны. Хоть обоих себе бери, хоть выбирай кого, - я усмехнулась с издевкой.

– П-правда?
– С надеждой взглянула на меня девушка.

– Кривда и зеркало кривое! Сама кашу заварила, сама и ешь ее, хоть черпаком хоть из лохани хлебай! Мне всё равно куда теперь ты будешь Вацлаву заглядывать, - Ярмина часто-часто кивала головой в такт моим словам.
– Хотя совет дам: в штаны к нему загляни, авось найдешь чего в хозяйстве полезного!
– девушка покраснела, как маков цвет.

Ой, как на речке перед Михасем со товарищами титьками трясти, так она первая, а как речь о штанах зашла, так скромница! Не верю! Небось давно все рассмотрела и повертела.

– А как же т-ты?
– Подруга все еще всхлипывала.

– Как всегда, - я пожала плечами.
– Травки, леший...
– Угу, упыри, оборотни...

– Н-неужто не хочется Княгиней быть?
– Собравшись с духом поинтересовалась девушка.

– Не умеется!
– Отрезала я.
– Да и шкурка не по мне - не к лицу серый, - я передернула плечами, вспомнив здоровенного волчару, в которого Вацлав обращается.

– Понятно, - протянула Ярмина.
– И куда ж ты теперь?

– А на кудыкину гору. Травницы везде нужны. Пусть я заговорами настоящей ведьмы не владею, но и без этого могу много кому помочь. Думаю, найду укромное местечко, где волки среди бела дня в гости не шастают.

– Ты хочешь покинуть Княжество?
– Удивилась девушка.

– А хоть бы и так! Мне тут ждать нечего, а что есть, то не по карману, - озвучила я свои мысли.

– Тогда погоди, я тебе письмецо передам. На границе с Златым Градом деревенька есть, Урясковица, там родственники наши живут. Не хорошо, но и не плохо, так средьненько. Только далеко они, своей ведьмы нет у них, авось приютят тебя.

– Пиши, - я осталась равнодушна. Письмо плечи не оттянет, но пользоваться им так сразу я не стану. Не такая дура, чтобы второй уши Ярмине подставлять. Пускай другому кому воду льет. Однако, оставлю. На всякий случай. Мало ли...

Получив письмо и прохладно распрощавшись с подружкой, я огородами и полями рванула обратно. Если честно, то уехать хотелось немедленно. Проклятое кольцо палец жгло, а сам факт замужества за Ледышкой, приводил в ужас. Ну как он еще разок свои права заявит? Тут одним ведром с навозом не обойдешься. Стрелянного воробья и арбалетный болт не возьмет!

Как вспомню его руки горячие, глаза бешеные, так сердце в припадке заходится. Нет, нет и еще раз нет! Не надо такого хвостатого счастья!

Еще я Михася боялась.

Обманутый мужчина на многое способен, а униженный оборотень на что? Этого я не знала, но полагала, что побудка воем с первыми петухами под окном - малая толика неприятностей. Кстати, о брате Князя... Куда делся? Или старшенький его на цепь посадил, чтобы под ногами не мешался?

Мне стало жалко парня. Мог ведь по-хорошему... А так и рожу под кулаки Вацлава подставил, и меня потерял. Хотя меня-то он и не находил никогда.

Я вздохнула. Помылась тихонечко на крыльце своей избушки и вошла. Думы, думами, а вещички собирать надо. Дорога предстоит дальняя и где она закончится, даже Хозяин Леса не ведает.

Тетка уже вернулась из села. По ее мрачному виду я поняла, не всё так хорошо прошло, как задумывалось. Ну, ее убил ее Князь и ладно, а с остальным справимся. За ужином Агнешка рассказала мне о встрече с Князем. И крепко мы с ней задумались.

Поговорить он со мной хотел.

С глазу на глаз.

И если не передумаю, то отпустить обещал.

Ой, смущают меня что-то разговоры эти с глазу на глаз! А уж если бы да кабы озвученные... Вот что и к какому месту он приложить собирается, чтобы я передумала?! Если разум да к замужеству нашему - одно, а если другой какой орган да к телу моему? Он же может "ни-ни" и силой взять, мне тогда бегать от него толку никакого. Так и будем всю жизнь маяться: я с нелюбимым, он с нелюбовью моей.

Я встала из-за стола, собрала посуду и в таз сложила. А дальше руки опустились...

– Пойду я, - промямлила.

– Куда?
– Встрепенулась Агнешка.

– К нему пойду, к Князю.

– Сейчас?!

– Смысл откладывать? Если захочет силой взять, так сюда заявится и возьмет. Ты его не остановишь, я подавно. Так что сейчас и пойду. Может договориться получится пока он в своем уме.

– Ну, коли так...

Да все нет!

Хотелось мне крикнуть, только пришлось зубы сжать, лицо водой ополоснуть и идти. Шла я как на каторгу осужденная, понимая, что только от воли Вацлава все зависит. Сумеет с собой справится, так сладится дело, а нет... осудить его никто не посмеет. В Волчьем Княжестве волкам не отказывают.