Тогда, исходя из этого, что было не ложью в море вранья? Чему можно было верить?

Я запуталась.

— Я знал, что ты тот еще фрукт, — кинул Мэтт, наклоняя голову немного вбок. — Что ты делал на балконе с Келин?

— Ничего такого, что ты вытворял с ней в ванной, — гнусавым голоском ответил Люцифер, и его улыбка стала в сто раз шире. Я бы могла покраснеть, но много мыслей и боль не давали мне этого сделать.

Ангел резко выдохнул и, прежде чем тот сделал шаг навстречу, выстрелил. Все произошло словно в замедленной съемке: как только вылетела пуля из рения, огонь Люцифера расползся по его телу мгновенно, превратив единственную вещь на нем в пепел, и рука с ярким пламенем взметнулась вверх, оставляя за собой дорожку опасной стихии. То, что могло убить гада или прилично покалечить, попало во владения красных, извивающихся потоков огня и буквально через микросекунду превратилось в жидкую массу черного цвета, которая впоследствии оказалась на холодном полу. Я оцепенела, пораженная невероятной способностью Люцифера. У меня не было времени раздумывать, почему он не воспользовался ей на поле если, например, хотел убить нас тогда, а не оставлять на «десерт», я тупо смотрела за происходящем дальше, не зная, что делать вообще. Мэтт попытал удачу еще раз. И еще. Пули пролетали со свистом по воздуху и, как предыдущие, горячей субстанцией окрашивали бетонный балкон, так и не попав в цель. Где-то послышались визги и крики – люди с соседних номеров, услышавшие это безумие, очевидно проснулись. Было ясно по шуму хлопающих дверей и громких, быстрых шагов, что они стремглав несутся к выходу из мотеля. Отлично. Сейчас кто-то из них наверняка позвонит в полицию, и наша ситуация станет дерьмовее в триллион раз.

— Круто, да? — сам своей способности удивился Люцифер. — Это только часть того, что я умею. Пока это был фокус с повышением температуры огня – мой любимый, между прочим.

Псих!

Когда у Мэтта магазин опустел, ему показалась забавным кинуть уже бесполезный пистолет в Люцифера, но и тот повторил судьбу пуль, расплавившись. Я испугалась, увидев, что у Мэтта теперь нет выхода. Он, естественно, мог бы убежать, но меня по видимости не хотел оставлять здесь. И тут я поняла, что пришел мой черед использовать свое оружие. Конечно, предполагала, что случится с моей жалкой зубочисткой, но все равно, поборов приступы боли в руках, размахнулась и кинула ее в Люцифера. У меня уже был небольшой опыт в метании ножей. В принципе, как и следовало ожидать, мое раскладное средство защиты превратилось в жидкую сталь.

Прекрасно.

Я даже боялась подумать, что станет с человеком, который дотронется до этого огня, если при такой температуре расплавились наши последние средства защиты.

«Прыгай через ограждение! Беги по улице, я тебя потом догоню. В моей сумке осталось немного оружия. Я справлюсь», — слова ангела вызвали по моей коже легкую дрожь. Как он намеривался справиться с Люцифером, если на примере видел, что случилось с его пистолетом и пулями?

Безысходность сотрясала меня с ног до головы. Я не собиралась убегать, но и стоять, ничего не делая – тоже. Я чувствовала себя так, словно стала главной героиней какого-то придурочного фильма, и от меня зависит, какая развязка будет у него.

Когда Мэтт, на лице которого не написан был страх, собрался шмыгнуть в номер за новой артиллерией, Люцифер засмеялся, закрыв дверь балкона той рукой, где спало пламя, а потом снова возобновилось. Дьяволенок не дал ему уйти, и Мэтт понял всю серьезность ситуации. Несмотря на еле виднеющуюся сквозь пламя подкаченную задницу, Люцифер выглядел вполне устрашающе. Языки адской стихии, где беспрерывно мигали лица мучеников, танцевали на его теле, освещая все вокруг.

— Боишься меня? — прошипел он, глядя на не сдвигающегося с места и прижатого к стене Мэтта.

— Если бы ты был не так жалок, то, наверное, бы дрожал при виде твоего смазливого личика.

Люцифер разразился в недовольном крике. Его объятый огнем кулак полетел на ангела, но тот успел увернуться, и он врезался в стену, оставив в ней огромную дыру. Стало реально страшно за жизнь Мэтта. Я не должна была опять стоять и бездействовать, поэтому решила сделать что-то такое, после чего, обычно, люди потом жалеют о своих поступках. Я крикнула, привлекая внимание Люцифера. Тот обернулся с хищной улыбочкой на лице и начал подходить ко мне, когда Мэтт одаривал меня ошарашенным взглядом. Наверное, мой парень меня ненавидел. Но и пусть. Его же право существовать я спасаю. Подумаешь, мы с ним поменялись местами ненадолго…

– Ты передумала, Келин? – вопросил Люцифер. Мои глаза очень старались не разглядывать его во весь рост, сосредоточившись на лице. Оказавшись в шаге от меня, он остановился. Я скривилась, слушая нарастающие крики душ в огне, которые просили о помощи или пощаде. Некоторые можно было разобрать, а некоторые – нет. Растянутые в ужасах лики, чуть темнее цвета пламени, смотрели на меня, а я игнорировала их взгляды на себе. Боже, они что, меня действительно видят? Или только так кажется?

— Нет. Просто хочу сказать, что ты редкостный урод. И всегда был им, — заявила я, не боясь, что он в любой момент может одним прикосновением сжечь меня дотла. — Я была глупа, говоря, что раз у тебя есть душа, ты можешь все изменить. Ты никогда не являлся другим. И не хотел измениться. Всегда жаждал только мести, а не мира любым путем. И…

Я не договорила – раздались выстрелы, перебившие меня. Люцифер обернулся, чтобы посмотреть на отчаянный поступок Мэтта убить его. Пули вновь растаяли в огне, словно снежинки, и оставшаяся масса от них легла на пол. Конечно, я знала, что учитывая все обстоятельства и наше отстойное положение, мой хранитель не думал таким образом грохнуть самого Короля Ада. Его выстрелы сработали как отвлекающий маневр, и пока Люцифер пялился на Мэтта, а тот едва заметно кивнул в сторону номера, я понеслась изо всех сил к двери, сверкая пятками.

Глава 10

Оказавшись за пределами балкона, мы ринулись к выходу. Пульс снова пустился вскачь. Мэтт схватил меня за запястье и, не успев повернуть ручку, резко припал к полу вместе со мной. Я понятия не имела, зачем он это сделал, и хотела уже подняться, но когда почувствовала что-то пролетевшее над головой и обдавшее горячим воздухом, осталась лежать в том же положении, закрывая затылок руками. Мои инстинкты, что штука, чуть ли не убившая нас была огненным шаром, не подвили. Пламенная сфера (или как это можно назвать?) врезалась в дверь и, распавшись на мелкие танцующие язычки, сожгла ее за считанные секунды. Мои глаза полезли на лоб, когда огонь перекрыл нам единственный оставшийся выход собою, выбросился в холл и распространился по стенам, сжигая их. Судя по тому, что он «чудаковатый» мы сгорим быстрее, если не выберемся.