– Ясно. Тогда следующий вопрос: что ты помнишь из вчерашних событий?

– Да...
– Котоне немного нахмурилась, видимо не слишком приятные воспоминания.
– Я тогда закончила работать в своем кабинете и решила немного перекусить...

– Значит, я опоздал...
– Заключил я, когда сестра рассказала о своих последних воспоминаниях. А если бы она тогда не превратилась в эту кошку?

– Да ладно тебе, братик! Главное, что ты бросился меня спасать, и что все закончилось хорошо.
– Улыбнулась девушка.

– Пожалуй ты права.
– Согласился я и задумался.

"Слушай, Виола, а почему Котоне пробудила кровь оборотней, а не дворян, как я? Вроде бы наши ситуации схожи?"

– Не совсем. Судя по твоим воспоминаниям, все, что ты хотел, когда решил драться с тем упырем, это взять его с собой в могилу. То есть убить его во что бы, то ни стало. А вот Котоне, если судить по ее рассказу хотела совсем другого: выжить. И вот для последней цели оборотни с их бешеной регенерацией подходят гораздо лучше. Хотя это всего лишь моя спекуляция, я не слишком сильна в генетике.
– Ну что ж, все более-менее ясно.

– Ладно, у тебя есть какие-нибудь вопросы? А то я начну долгий рассказ, и я не люблю, когда меня перебивают.

– Нет, вопросов у меня нет.
– Котоне прихлебнула чая, и устроилась поудобнее, предвкушая интересную историю.
– Судя по всему, у тебя была гораздо более интересная жизнь, чем у меня.

– Ну, о себе ты мне потом расскажешь.

– А я сейчас могу, все равно ничего интересного: приют, где была изгоем из-за своих способностей. Ну, кроме Кими, которая всегда меня поддерживала. Но там хоть что-то происходило. Потом вообще скука: переводы из одних лабораторий в другие, исследования разных предметов. Ничего интересного. Не то, чтобы мне это не нравиться: я люблю науку и исследования, просто за последние года у меня не было ни одного события, о котором можно рассказать.

– Понятно. Ну, тогда и я начну, если ты не против.

– Да, прости, что перебила.
– Смущенно отозвалась Котоне.

– Да ничего. Так, с чего бы начать? Ну, начну с того, что жил я с родителями вплоть до их гибели в автокатастрофе, и знать не знал, что у меня есть сестра. После гибели родителей, я стал...

Котоне.

Сидя рядом с братом и слушая его историю, я просто наслаждалась моментом. Кто бы мог подумать, что моя жизнь так кардинально повернется, да к тому же несколько раз? Сначала я занималась каждодневной рутиной, потом спасала свою жизнь, а когда недавно очнулась, то оказалось, что я нашла свою семью! Хотя конечно сначала я подумала невесть что... Ну а что еще мне было думать, проснувшись абсолютно голой с незнакомым парнем в незнакомой комнате? Хорошо, что Кими тут оказалась: в ее присутствии я всегда успокаиваюсь. Со страха, ведь если я не успокоюсь и не остановлю эту оторву вовремя, то кто знает, что она натворит... Она всегда меры не знала, особенно когда дело касалось меня. И все же даже тогда, в приюте, я мечтала о старшем брате. Таком высоком, сильным, за которым можно всегда спрятаться, который всегда защитит. Я улыбнулась: все же мечты иногда сбываются, ведь Акира оказался именно таким, каким я его себе представляла.

– ... Именно там я и встретился с Хикари...
– Продолжал он рассказ, а Кими, стараясь не шуметь, встала из-за стола, и потянула Хикари за руку. Последняя вопросительно посмотрела на Кими, после чего тоже поднялась, и девушки вышли из комнаты.
– М-да это много времени займет.
– Вдруг прервался Акира.
– Пойдем в гостиную, там удобнее.
– Мы перешли в соседнюю комнату, где брат уселся на диван.
– Так, где я остановился? Ах да, Хикари. Так вот...
– Я немного подумала, после чего уселась рядом с братиком, и положила голову ему на плечо. Акира секунду помедлил, а потом обнял меня за плечи, не прерывая своего рассказа. Я же просто глупо улыбалась, наслаждаясь нашей близостью и отмечая в памяти интересные моменты рассказа.

Братик... Я не собиралась бросать его поиски: я хотела подняться в Союзе, получить высший доступ, и тогда я наверняка смогла бы найти какое-то ниточки, ведущие к нему. Но оказалось, что это все не нужно, ведь он сам искал меня ничуть не меньше, и получилось это у него гораздо лучше. Ну да, Акира вряд ли рассказал и часть своей истории, а я уже сейчас понимаю, что ему пришлось гораздо хуже, чем мне: разве какие-то козни завистников в приюте могут стоять рядом с существованием в качестве эксперимента? Кроме того меня всегда поддерживала Кими, а брату положиться было не на кого. А он не только не сдался, но еще и ответственность за Хикари на себя взвалил. Да... Он именно такой, о каком я мечтала: сильный, надежный... Как же это приятно, просто сидеть рядом с родным человеком. А ведь я его знаю не больше нескольких часов, и уже люблю его. Нет, никаких романтических чувств у меня к нему нет, я его люблю так же как я люблю Кими. Даже не знаю почему. Просто чувствуется, что мы... Можем понять друг друга даже без слов. И, в конце концов, мне просто уютно вот так сидеть рядом с ним, и слушать его голос.

– Братик.
– Перебила я его, когда он рассказывал о тренировках с мастером Муши.

– Хм?

– Расскажи о наших родителях, пожалуйста. Я же их даже не видела.

– Родители...
– Грустно улыбнулся он.
– Ну, маму ты всегда можешь увидеть в зеркале: ты очень на нее похожа.

– Правда?

– Ага. Мама... Она всегда улыбалась. Что бы ни происходило, она всегда мне улыбалась такой теплой, нежной улыбкой. Работала она шеф-поваром в одном престижном ресторане, так что дома у нас всегда было полно всякой вкуснятины. Я частенько наблюдал за тем, как она готовит, что и позволило мне не умереть с голода, когда я стал жить один. Надо ли говорить, что она была доброй? Всегда прощала меня, какие бы выходки я не вытворял. Мама действительно была очагом нашего дома: от нее исходило тепло и уют.

– А папа?

– А папа был стенами нашего дома. Работал в большой охранной конторе и полностью соответствовал своей должности: строгий, серьезный, постоянно наставлял на "путь истинный". Именно он привил мне любовь к кендо, и научил обращаться с мечом. Хотя сначала это был такой способ меня наказывать: провинюсь, и марш на тренировку с отцом. Потом я и сам втянулся, а отец стал обучать уже более профессионально. И все же, несмотря на всю свою строгость, я ни разу не усомнился в том, что он безума любит нас с мамой.