Шрифт:
– Ладно. Я больше на тебя не сержусь, – наконец говорит Райчел.
– Вот и хорошо. А то я так огорчилась, – отвечаю я от чистого сердца. – Обещаю, что Кэл мне всегда будет нравиться только как друг. – Это наша первая ссора с Райчел, и мне было так больно, что я никогда впредь не хочу испытывать это чувство.
Райчел садится рядом со мной на ступеньку и берет меня за руку. В груди у меня не порхает бабочка, как в тот раз, когда мы держались за руки с Кэлом, но все равно мне делается легче: ее рука как солнце – ласковая и теплая.
– Райчел, – спрашиваю я, – а почему Кэл до сих пор еще не твой бойфренд?
– Так ты же мне сама сказала, что он пока еще не готов целоваться с девочками. А бойфренду без этого никак нельзя. Но я хочу быть первой девочкой, которую Кэл поцелует. И не хочу, чтобы он целовал еще какую-нибудь девочку, кроме меня… Никогда.
– А-а, – отвечаю я и чувствую на сердце какую-то тяжесть.
– Пойдем ко мне, – говорит Райчел, вскакивает с крыльца и тянет меня за собой. – У меня для тебя есть сюрприз.
Глава 9
– Ты почему остановился? – спрашиваю я Брэди, когда он тормозит у обочины.
– Ну, чувак, тут до твоего дома недалеко. Вылезай, – командует Брэди. – Мне надо еще Рей забрать от Нины. Ее спасать пора, а ты же на ногах не стоишь, значит, спасать придется мне.
– Я, вообще-то, тоже могу…
– Нет уж. Тебе надо в постель, носом в подушку. Завтра увидимся.
Я неохотно вылезаю из джипа.
– Эй, Кэл! – окликает меня Брэди, и я оборачиваюсь. – Мы выпускники, мать твою! – орет он, потрясает в воздухе кулаком и отъезжает.
Я смеюсь и наблюдаю, как он уносится по улице. Веки у меня тяжелые, и все вокруг воспринимается как-то странно, словно бы в замедленном кино. Вот черт, и ноги плохо слушаются! Я сосредоточиваюсь на том, чтобы ровно идти по тротуару.
В голове звенит. До чего же противный звук. Я трясу ею, стараясь избавиться от мерзкого звона, но он не прекращается. Тут я вижу, что «линкольн» наших соседей стоит на дорожке с открытой дверью.
– Тебе нужно успокоиться, – доносится голос мистера Бентли из дома через открытое окно. – Какой смысл понапрасну расстраиваться, если все равно уже ничего исправить нельзя?
– Не трогай меня! – кричит Николь.
Я останавливаюсь. Стою за машиной на дорожке, оттуда ничего не видно. Да и все равно трудно сосредоточиться. Я вздыхаю.
– Не стоит он того, Николь, – бормочу я. – Кайл – козел. Туда ему и дорога.
С кем я разговариваю? Сам не знаю. Встряхиваю головой. И уже собираюсь идти домой, но оборачиваюсь на звон разбитого стекла.
Я просыпаюсь, как от толчка, – отголоски того давнего звона все еще звучат в ушах. Моргаю, понемногу возвращаясь из той ночи после выпускного в реальность: мы в самолете, летим домой на каникулы.
– Все нормально? – спрашивает Рей, пристально вглядываясь в меня.
– Угу, – отвечаю я.
Обрывки воспоминаний смешиваются со сном. Я так и не знаю, что же на самом деле произошло у соседей в ту ночь.
Рей снова возвращается к журналу «Роллинг стоун», который лежит перед ней на откидном столике.
Я прижимаюсь лбом к иллюминатору и смотрю, как проплывают под нами облака. И улыбаюсь, вспоминая о Ниель. После той ночи на силосной башне мы ее больше не видели. И неизвестно, когда теперь увидим.
Рей не захотела говорить о Ниель после того, как мы отвезли ее домой в субботу. А я и не настаивал. Не сомневался: подруга сама заговорит, когда будет готова.
И вот, похоже, сейчас этот момент настал.
– А знаешь, мне эта твоя Ниель чем-то напоминает Райчел, – вдруг произносит Рей. – Тоже тащится от всяких идиотских штучек.
Я коротко усмехаюсь этому сравнению:
– Ну да, пожалуй.
– Но в любом случае это не та девочка, которую мы помним с детства.
Я недоуменно сдвигаю брови:
– По-твоему, она не Николь? А кто же тогда?
– Кто? Понятия не имею, но точно не Николь. Хотя и очень на нее похожа. Этот совершенно одинаковый смех… Я чуть было не поверила в твою теорию о близнецах, которых разлучили сразу после рождения. Но, помимо смеха, в ней ничего нет от той девочки, которую мы оба знали когда-то, – ни от принцессы, ни от стервы. – Рей говорит совершенно спокойно, без малейших признаков волнения. – По-моему, нам нужно кому-то все рассказать. Давай посоветуемся с Морой…