Игрушка

Пролог, в котором герою делают предложение, от которого трудно отказаться

Праздник, что называется, удался. Веселые посиделки всем отделом в ресторане затянулись аж до полуночи, и, несмотря на холодный и сырой ночной ветер я был сыт, пьян и доволен. Старательно держа равновесие, я шел вперед, по направлению к проспекту, с твердым намерением поймать такси. Нет, в самом деле, не спускаться же изрядно подвыпившему человеку в метро? Мало того, что там лютуют озверевшие под конец месяца, выполняющие план по задержаниям полицаи, так еще ведь, как ни крути, а метрополитен есть транспортное средство повыш-ш... ик.. повышенной опасности. Ох, ну и развезло же меня. Впрочем, позвольте представиться: Пал Андреич Колонский. Можно просто Паша, особенно сейчас, когда настроение у меня благодушное и веселое. Не каждый же день молодого специалиста повышают на работе, верно? Вот и я, так или иначе, но перешел в категорию хоть и маленького, а начальства. Каковое событие и было дружно обмыто всей нашей веселой командой в небольшом, но уютном кабачке. Ну и, кроме того, не последним поводом к сабантую была сдача многократно переделанного проекта, над которым мы корпели последние семь месяцев.

Под ногами поскрипывал и лип к ботинкам щедро сдобренный мерзкой химией февральский снег. Повернув за угол, я немедленно поднял воротник полупальто, поймав в лицо заряд мелкой ледяной пыли. Да уж, погодка явно не май месяц... Вытянув руку, отворачиваю лицо в сторону и принимаюсь ждать. На удивление, поймать машину удалось быстро. Подмигивая подворотниками, у обочины остановилась желтая машина с шашечками. О господи, мелькнула в затуманенной дорогим коньяком голове мысль, это откуда такое чудо-юдо вылезло? Передо мной стояла сверкающая свежей краской старая добрая 'волжанка'. Та самая, советская, кондовая 'двадцать четверка'. Вот же... Стоило мне усесться в машину, протестующе скрипнувшую передним сиденьем под моей ста двадцати килограммовой тушей, и захлопнуть дверь, как раритетное транспортное средство, взвизгнув колесами, устремилось вперед.

– Проспект Вернадского, - бурчу, оттирая мокрое лицо от снега, - в самый его конец.

– В курсе, - звонким, высоким голосом отозвался 'извозчик', поддавая газу.
– Я про вас многое знаю, Павел.

Опустив воротник, разворачиваюсь к водителю. Нет, не девушка. Мальчик, точнее, подросток. Сидит, загадочно улыбается, да баранку крутит.

– Не удивляйтесь, Павел, наша с вами встреча вовсе не случайна. Я, если уж на то пошло, могу пообщаться либо с сонным, либо с пьяным человеком. А вы, - губы подростка искривились в насмешливой улыбке, - сейчас соответствуете обоим критериям.

– Другими словами, - вскидываю бровь, - вы можете общаться с теми, у кого понижено критическое восприятие?

– Отлично сказано, - расхохотался подросток, и издевательски захлопал в ладони. Впрочем, радовался он недолго. Ойкнув, он снова ухватился за руль вильнувшей было 'волги'. И то верно, на скорости за сотню руки от руля отрывать все же не стоит.
– Кстати, а как лучше - Павел или Поль?

Вот оно как... Мой игровой псевдоним, выходит, ему тоже известен.

– Конечно, известен.
– Утвердительно кивнул мальчишка, сворачивая на МКАД.
– Говорю же, мне известно о вас практически все.

– Молодой человек, остановите машину.
– Напряженно выдыхаю, вцепившись в пластиковый поручень над дверью. Машина уже не едет, она, скорее, летит все сто пятьдесят, вибрируя и похрустывая всем корпусом.

– Э, нет.
– Мой визави хмурится, и, не поворачивая головы, продолжает.
– Сначала мы с вами поговорим.

– О чем?
– Бесстрастно смотрю на стремительно летящие мимо машины.
– Не думаю, что нам есть что обсуждать. Кроме того, знаете ли, не имею привычки обсуждать какие-либо дела с незнакомцами.

– Ах, да, как же я мог забыть...
– Мальчишка согласно кивает.
– Позвольте представиться, моя почтеннейшая мать назвала меня Тор.

– Тор, значит...
– Глубокомысленно тяну, глядя в пространство.
– А чего не Один? Или, к примеру, не цилиндр?

– Ну, вашему старине асу-громовержцу я все же родня, пусть и отдаленная.
– Мимолетно улыбнувшись, он продолжил.
– Мама у меня, знаете ли, его правнучка.

Внучка значит, угу. Родня значит, ага. Или это чей-то изощренный стеб, и тогда я этому кому-то голову завтра разобью, или я все же допился. Ну что же, хмыкаю про себя, поздравляю тебя, Паша, с ранним визитом саблезубой белочки-горячки. Привет, делириум, рад познакомиться!

– И вовсе я не этот... Делириум.
– Хохочет мальчишка, выжимая из советской развалюхи еще добрый десяток камэ в час.
– Тор я, вот. Итак... Мое предложение. Делаю его один раз, второго шанса не дам: ты хочешь поиграть по-настоящему?

– Что значит 'по-настоящему'?
– Настороженно уточняю, переведя взгляд на сидящего рядом мальчишку.

– А то и значит, что не понарошку.
– Взвизгнув тормозами 'волги', вьюнош вгоняет ее в поворот.
– Все ощущения будут, кроме шуток. Да и с настоящей магией познакомишься. Приятель, посмотри на себя!
– Подросток презрительно фыркнул.
– Уже семь лет, как ты попросту гробишь себя, живешь непойми зачем. Без цели и смысла живешь. Карьеру делал, да? Профессионалом становился? Стал? Так какого же черта ты спишь урывками, выматываешься на работе, как проклятый, а после этого сидишь в этих своих онлайн-игрушках? Ты не живешь, Павел, ты существуешь. А я предлагаю тебе шанс.

– Шанс на что?
– Криво улыбаюсь, отведя взгляд. Ну, надо признать, парнишка в чем-то прав. Только вот детские мечты они того, остались в прошлом. В детстве. А мне нужно зарабатывать деньги, которые, на минуточку, за детские мечты и грезы никто не платит.

– Шанс на мечту.
– С ослепительной улыбкой профессионального бродячего впаривателя-коммивояжера отвечает Тор.
– Ну так как, готов рискнуть?

– Хорошая шутка.
– Пьяно улыбаюсь, глядя на подростка.
– И что нужно сделать? Подписать контракт кровью?