– Зачем тебе это?
– Сжав губы, смотрю на местного хозяина.

– Ты не поймешь... Каждая душа, проходя путь в мире, дает архонту... Не поймешь. Ну силу, считай, дает. У меня же, знаешь ли, большие планы на будущее.

– Планируешь занять место верховного бога в пантеоне?
– Криво улыбаюсь.

– Что-то вроде того.
– Не менее криво улыбается мне в ответ недоархонт.
– Знал бы ты, как это утомительно... В мире больше миллиона душ обитает, так или иначе. Вот встретишь себе симпатичную девушку, ребенка захочешь - а мне, будь оно проклято все, ему душу искать и тащить сюда. Иначе с ребенком ничего не выйдет, даже забеременеть у девушки не получится без моей санкции.

– И что происходит, когда кто-то умирает?
– Пожалуй, главный мой вопрос. Остальное не более чем забавная лирика.

– Его душа растворяется в мире.
– Тяжело вздыхает мальчишка.
– Не могу я чужие, не мной созданные души, перерождать. Могу лишь разово перенести.

– Вот как...
– Задумчиво смотрю ему в глаза.
– Выходит, у меня будущего нет.

– Ну почему же, - ухмыляется в ответ ребеночек, - великие воины и маги не умирают, пока сами этого не захотят. Или, соответственно, пока их кто-то не убьет. А там, глядишь, доживешь до того момента, когда я стану полноценным творцом, после чего получишь почетное перерождение.

– Но почему игра?
– Не выдерживаю и вскакиваю на ноги.

– А мне нравится вами играть, вы ведь такие забавные. Особенно забавно этим заниматься без прямого вмешательства.
– Мальчишка насмешливо щурится, глядя мне в глаза.
– О да... Какая чудесная, бессильная ненависть. Знал бы ты, смертный, как она так восхитительна на вкус. Значит, ненавидишь и мечтаешь убить, да? Не надо отвечать, я и так читаю твои мысли. Ну что же... Лови задание!

Тонкий серебристый луч срывается из правой руки заигравшегося бога и упирается в мою грудь. Грохот, фанфары, рев и рык.

Получено задание 'Враг Бога'. Тип - неизвестен. Награда - неизвестна. Уровень - неизвестен. Цель: убить повелителя всего сущего.

– Получи и распишись.
– Серебристый смех раскатывается над поляной.
– Сумеешь выполнить, я буду удивлен.

– Если сумею, что будет в итоге?
– Холодно смотрю в искрящиеся весельем глаза.

– Мир разрушится, души живущих освободятся, ты...
– Мальчик перекусывает травинку.
– Про тебя не скажу ничего, сумеешь - сам узнаешь. Не сумеешь, тебе, значит, и знать этого не надо.

– А ты?
– Уточняю вопрос.

– А я отправлюсь на головомойку к родителям. Впрочем, - хитро прищуривается юный недоархонт, свою роль этот мир уже сыграл. Я с него уже получил больше, чем хотел. Хотя, получить еще больше я не против, так что дерзай. Главное, не умри в процессе.
– Мальчик встает на верхушку камня, и взмахивает рукой. На траву у моих ног падает сверток черной ткани.
– Это тебе стартовый комплект. Прикройся. А я пошел добывать следующую партию душ. Удачной игры тебе, смертный. Мальчишка с хохотом растворился в воздухе, а я с тяжелым вздохом опустился на колени, взявшись разворачивать тюк. И то правда, одеться мне не помешает.

Одевание было отложено. Для начала, мне нужно было поразмыслить и оценить полученную информацию. Итак, что я знаю? Меня, точнее, мою душу, вытащил в свою песочницу заигравшийся мелкий сукин сын. После чего вывалил на меня кучу информации и дал задание. Что-то тут не так, он явно о многом умолчал. И задание это, похоже, будет с двойным, если не с тройным дном. Уж это-то я пятой точкой чую, которая у меня чувствительна до жути. И сейчас она просто-таки свербит, заявляя, что что-то тут не так. Ладно, прорвемся. Надо осмотреть, что мне там досталось от щедрот божьих... Развернув лежащий на траве тюк, я скривился. Ботинки грубой кожи на жесткой, очень жесткой подошве, балахон черной ткани с поясом, именуемый балахоном новичка, а так же пара перчаток плохо выделанной кожи с металлическими вставками. Кроме того, в свертке, на самом дне, лежал деревянный, грубо выделанный жезл.

Ботинки странника, прочность тридцать, новые. Балахон новичка, черный, прочность пятьдесят. Боевые перчатки ученика с обрезанными кончиками пальцев, прочность пятьдесят, и жезл начинающего мага, на два заклинания. Вот то, что мне досталось и что немедленно было напялено на себя. Поморщившись от прикосновения грубой ткани, креплю к поясу жезл, в который уже помещено мое первое известное мне заклинание. С магией тут было забавно... Жезл являлся концентратором силы, а также ее преобразователем. Заклинание как таковое по факту представляло собой цепочку рун, наносимых на встроенный в жезл кристалл. В моем, ученическом, жезле таковых кристаллов было аж две штуки. Итого, я мог оперировать двумя заклинаниями. Стереть старое заклинание было можно, но это требовало немалого времени и концентрации, в бою это точно не применить - пока будешь стирать заклинание целых пять минут, из тебя фрикасе приготовят, в собственном соку. Ладно, жезл на пояс, а перчатки на руки.

Несмотря на грубость изготовления, перчатки сидели на руках как влитые, не давя и не натирая. Отличный инструмент для мордобоя, я оценил. Сжав кулак, я услышал легкий хруст, и кулак оказался зафиксирован сцепившимися внутри металлическими кольцами. Проверка. Подойдя к валуну, принимаю боксерскую стойку, и выдаю короткую серию в три прямых удара. Неприятно, но не смертельно, бить, как говорится, можно. И если с кем-то сыграть в игру 'морда-морда, я кулак', то оной 'морде' будет больно. Очень больно. А мне будет все равно, ни пальцев не выбью, ни костяшки не собью. Хороший мне кастет подсунули, чего уж там. Ну и, безусловно, плюс пять к урону рукопашного боя будут вовсе не лишними...