– Нет, - ответила Мила. – Это какие-то там глупости, типа ученица влюбилась в учителя, - отрезала девушка. – А я тебя люблю, - синие глаза сверкали, а пухлые губы решительно сжались.

– Послушайте ж меня без гнева:

Сменит не раз младая дева

Мечтами легкие мечты;

Так деревцо свои листы

Меняет с каждою весною.

Так видно небом суждено.

Полюбите вы снова: но...

Учитесь властвовать собою;

Не всякий вас, как я, поймет;

К беде неопытность ведет, - процитировал Дмитрий Алексеевич строки, неожиданно пришедшие на ум.

– Может, хватит уже за Пушкиным прятаться? – устало спросила Милена. – Классика - то конечно, классикой, но вы помните, чем все закончилось? – ехидно поинтересовалась она.

Учитель хотел сказать что-то, но дверь распахнулась, и в класс стали входить ученики.

– До свидания, - девушка схватила сумку и направилась к двери. Обернувшись, она увидела, что он все еще смотрит на нее. – Раз уж мы заговорили о Пушкине…

Я жду тебя: единым взором

Надежды сердца оживи

Иль сон тяжелый перерви,

Увы, заслуженным укором! – негромко, так что бы только он услышал, проговорила она. Быстрее, чем он успел что-то ответить, она выскочила из кабинета, с трудом переводя дыхание.

***

Оставшиеся два урока прошли для Милы, как в тумане. Она только и думала об их с Дмитрием Алексеевичем разговоре. Она постоянно вспоминала их первый поцелуй. Ей не терпелось обсудить это с Олей, попросить совета у Стаса и выбежать на улицу, чтобы кричать от захлестывающих ее эмоций.

Когда прозвенел звонок с последнего урока, девушка подхватила сумку и вышла в коридор, чтобы подождать Олю, которую вечно задерживала фанатеющая от нее математичка. Стас догнал ее в коридоре.

– Ну что, блондиночка, как дела? – спросил он, цепляя ее под руку.

– Эй, ты чего? – вскинула брови Милена, не понимая с чего это вдруг такой интерес.

– Ну, у нас план, не забыла еще, пустоголовая?

– Да, Стас, касательно плана, - начала объяснять Мила. – Мне кажется, это лишнее.

– Креститься надо, когда кажется, - порекомендовал Стас. – Да не парься, все нормально будет, - успокоил он девушку. Неожиданно, заметив, как из-за угла выходит учитель по литературе, он резко остановился и повернулся лицом к ничего не понимающей девушке.

– Что ты делаешь? – отшатнулась Милена, но Стас не обратил внимания на ее возмущение, притягивая ее к себе.

Одна его рука скользнула ей на шею, а вторая на пояс, прижимая ее сильнее. Девушка попыталась отстраниться, но губы парня накрыли ее, сминая, углубляя поцелуй. Милена вцепилась пальцами ему в плечи, но он не обращал на это ни малейшего внимания.

– Ты успокоишься уже? – прошипел Стас, скользя поцелуями к уху девушки. – Он смотрит, - шикнул парень, снова целуя ее.

Мила застыла в ужасе и встретилась взглядом с Дмитрием Алексеевичем, который стоял в паре шагов от них, скрестив руки на груди. Милене показалось, что она может видеть отчуждение, презрение и обиду в его глазах. Весь его вид, словно и говорил: “Я так и знал”.

– Кхм, я все понимаю, дело молодое, - заговорил он, - но неужели нельзя хотя бы во двор выйти? Это все-таки школа.

– О, простите, Дмитрий Алексеевич, - широко улыбнулся ему Стас, продолжая прижимать к себе ошалевшую девушку. – Ну, вы же знаете, женщины такие нетерпеливые, - пожал плечами он, кивая в сторону белой, как мел школьницы.

– И непостоянные, - негромко сказал учитель, проходя мимо них.

– Ты что наделал, придурок?! – зашипела Мила, когда Дмитрий Алексеевич ушел.

– Бешеная? Блонди, остынь, - Стас дунул ей в лицо. – Я все как надо сделал.

– Ты все испортил! – взвизгнула Мила, вырываясь из его рук и скрываясь в неизвестном направлении.

– Эй, она что, ненормальная? – ошарашенно спросил парень у возникшей из ниоткуда Оли. – Чем недовольна эта курица?

– Даже не знаю, - протянула Оля. Вид у нее был какой-то расстроенный.

– Эй, а ты чего? Математичка на мозг накапала?

– Ага, - кивнула Оля, сама не понимая, что на нее нашло.

– Сопляк, не сопляк, а в одном учитель прав, - задумчиво протянул Стас. – Непостоянные вы, девчонки. Кошмар какой-то.

Факультатив

Дмитрий Алексеевич потянулся разминая затекшую спину, и в очередной раз посмотрел в журнал. Напротив фамилии Сушковой стояли сплошные н/б. Он не видел Милену с того инцидента в коридоре.