– Какого биджу?
– не поднимая мутного взгляда от заставленного пустыми и полными кувшинами из-под сакэ стола, рявкнул шиноби, сопроводив вопрос волной тяжелейшего КИ, направленной на присевшего на свободный стул мечника. Впрочем, безрезультатно - ранг джонина бывший полицейский получил не за красивые глаза, поэтому КИ, способную превратить в трясущуюся от ужаса медузу среднего чунина, он благополучно проигнорировал. Не особо и напрягаясь.

– Здравствуй, Риочи, - улыбнулся Сатоши.

– Акихиро?
– Курама удивленно уставился на собеседника, а давление КИ мгновенно пропало.
– Давно не виделись. Выпьешь со мной?
– вдруг предложил он.

– Иллюзию-то сними, - хмыкнул в ответ Сатоши.
– Сам знаешь, продолжительное использование гендзюцу, да еще и под выпивку, здоровья не прибавляет, завтра так погано будет, что пятый угол искать станешь.

– Гендзюцу?
– недоуменно переспросил Риочи, а потом криво ухмыльнулся, пожал плечами и развеял технику.
– Поначалу не хотел, чтобы меня кто-нибудь видел. А потом вообще про него забыл, и на рефлексах поддерживал. Привычка... А что касается последствий... Хреново мне, Сатоши! Вот здесь хреново!
– он постучал кулаком по груди напротив сердца.
– Потому и хорошо, что завтра хоть какие-то последствия будут!

– Что случилось?
– прямо спросил мечник, впервые видевший всегда сдержанного и спокойного мастера гендзюцу в таком состоянии.

Акихиро Сатоши и Курама Риочи не были ни друзьями, ни приятелями, последний раз пересекались несколько лет назад, когда военная полиция и АНБУ вместе расследовали одно довольно грязное дело, однако, оба были готовы в любой момент прикрыть друг друга спину.

К этому им было не привыкать: чунин, а потом специальный джонин Курама Риочи несколько лет воевал на Западном фронте вместе с джонином Акихиро Сатоши и под его началом. Даже в той операции, где Сатоши потерял всю свою группу и получил травму колена, Курама не участвовал только потому, что, буквально накануне миссии, свалился с лихорадкой и остался в лагере.

Война быстро снимает с человека все наносное и показывает, кто чего стоит на самом деле, поэтому оба мужчины знали, что могут друг другу доверять, причем настолько, чтобы откровенно говорить на любую тему или, в случае необходимости, рассчитывать на помощь бывшего сослуживца - даже если эта помощь идет вразрез с официальной политикой руководства.

– Сегодня сообщили, ребята из моей команды погибли на границе с Ивой, - зло выдохнул Риочи.
– По официальной версии - столкнулись с неизвестными нукенинами. Уж не знаю, что там произошло, почему вторая команда подоспела слишком поздно и кто в этом виноват, но... Понимаешь, их не просто убили - их специально живыми в плен взять постарались!- мужчина схватил фарфоровый кувшинчик и залпом опрокинул в себя сакэ.
– Умирали ребята долго и страшно, эти ублюдки тела забирать не стали - специально оставили, так сказать - в назидание!

– Ты знаешь, кто это мог сделать?

– Разумеется, знаю!
– зло сплюнул Курама.
– И не только я. Это камневики мстили за 'Киши-Грифа'.

– Подожди!
– удивленно вскинул брови мечник.
– Да, с Ятомо расправилась твоя новая команда, но как в Иве узнали, с кем ты служил раньше?

– А никак!
– скривился Курама.
– Подчиненные Тсучикаге просто дали понять, что гибель 'Грифа' не сойдет нам с рук. А то, что погибли именно мои друзья - это действительно случайность, - он поднял руку, привлекая внимание бармена, и, спустя несколько мгновений, тот словно материализовался возле столика, ловко сгрузив с подноса полные кувшинчики с сакэ и забрав пустые.
– К сожалению, ты этих ребят не знал, - продолжил Риочи, разливая спиртное, - но поверь, все они были хорошими людьми и достойными шиноби.

Давай выпьем за то, чтобы их следующее перерождение было счастливым и удачным!

Сатоши кивнул, и молча опрокинул в себя дрянное сакэ, едва почувствовав его вкус. Мечнику не раз доводилось поминать ушедших друзей, но привыкнуть к потере близких... Невозможно.

– Знаешь, на войне было легче!
– Риочи вновь разлил по опустевшим чашкам спиртное.
– Там чуть не каждый день люди вокруг меняются, привыкнуть к ним просто не успеваешь! А тут - больше десяти лет вместе прослужили! Такие миссии выполняли, что тебе и не снилось! Кодо, Исса, Тан - они не раз спасали мне жизнь! А теперь их нет!
– он со злостью шарахнул кулаком по столу.
– Почему меня там не было?! Почему я должен был возиться с этими сопляками, когда мои друзья умирали в засаде камневиков?!

– Ну а что бы ты сделал, если бы оказался вместе с ними?
– спокойно поинтересовался Сатоши.
– Ты же сам прекрасно знаешь, каково это - попасть в подготовленную засаду. И сколько шансов остаться после этого в живых. Ты бы просто погиб вместе с ними, Риочи.

– Знаю!
– Курама почти кричал.
– Прекрасно понимаю, что ничего не смог бы изменить! Разумом понимаю! А вот сердцем...
– плечи мужчины поникли, и он сгорбился над столом, опустив взгляд.
– Если бы не это долбаное назначение наставником 'золотой' команды, я был бы с ними! И пусть бы погиб, но погиб рядом с друзьями! А сейчас... У меня больше никого не осталось!

– У тебя есть семья, - покачал головой мечник.
– Есть Клан, есть твои ученики. И ты обязан сделать все, чтобы они не повторили судьбу твоих друзей!

– Ученики?
– мастер гендзюцу хрипло рассмеялся.
– Двоюродная внучка Хокаге - до неприличия избалованная девица, повернутая на идее стать великой куноичи? Глава Великого Клана - хитрожопый молокосос, которого, в первую очередь, заботит только сохранность собственной шкуры? А чтоб совсем хорошо стало - 'довесок' из конторы Данзо, для того, чтобы за этими двумя шпионить! Это ты называешь командой? Этих троих мне учить всему, что я знаю?!
– он выругался, и, схватив со стола кувшин с сакэ, сделал несколько больших глотков прямо из горлышка, выдохнув, отставил его в сторону, и едва слышно добавил: - А в Клане вообще задница... Допрыгались, идиоты, и сделали из ребенка монстра...