– Что с ним? – услышал Мортимер голос Венса.

«К кому это он обращается? – удивился старший группы. – Он что, сам не может осмотреть потерпевшего?»

– Не трогайте! – послышался испуганный и решительный одновременно незнакомый голос. – Кажется, повреждена шея. Тот джентльмен сказал мне так его держать и не менять его положение, иначе умрет! Не лезьте! Я держу его как велено!

– Что за ерунда!? – вырвалось у Мортимера, когда он устремился на голоса.

Вынырнув из тумана, он увидел странную сидящую пару. У одного человека была замотана шея и голова примотана к плечу. Причем между головой и плечом торчал гаечный ключ. Второй держал несчастного стоя на коленях и отмахивался от Венса, пытавшегося осмотреть потерпевшего.

– Отставить, Венс, – скомандовал Мортимер. – Осмотритесь тут!

– Слушаюсь, – отозвался помощник и скрылся в клубах пара.

Оттуда немедленно послышался его голос, командовавший жандармам с носилками:

– Труп оставьте пока, ищите раненых!

– Не трогайте! – испуганно взвизгнул помощник машиниста в форме Синдиката Мулера, державший своего командира с примотанной головой.

– Я не буду трогать! – горячо заверил Мортимер. – Только посмотрю!

– Хорошо, но грузить в карету нужно так, как есть, иначе умрет! – заверил перепуганный помощник машиниста.

– С чего вы это взяли? Вы же не медик.

– Но тот джентльмен сказал мне, как нужно делать, и я сделаю! – не унимался бедолага. – Всем святым, что есть святого, клянусь!

– Вы сами не пострадали?

– Нет.

– Хорошо! – принял решение Мортимер. – Санитары! Грузите этих двоих вот так, как есть. Возможно, этот джентльмен и прав, хотя я ничего подобного не видел.

– Сюда, шеф! – донесся из тумана голос Венса.

По дороге Мортимер обнаружил еще одного помощника машиниста. Проверил пульс и дыхание. Труп. Значит, может подождать.

Венс был возле командира экипажа, лежавшего на земле. У него была разорвана штанина, а рядом лежал окровавленный обломок обшивки паротягача.

– Что здесь? – резко бросил Мортимер.

– Здесь уже поработали… – растерянно бросил Венс.

– Кто?

– Вот он…

И тут Мортимер увидел странного человека, с которого ветер сдул клубы пара.

Тот стоял на коленях по другую сторону от потерпевшего и убирал в странный какой-то саквояж не менее странные черные инструменты.

– Я обработал рану, – с чудовищным каким-то, удивительным акцентом сказал тот. – Он вне опасности. Но больше, кажется, никто не выжил…

– Кто вы? – осознавая нелепость вопроса, выдавил Мортимер.

– Прохожий…

Мортимер определил в нем по одежде механика с воздушного судна.

– Вы медик?

– В некотором роде.

– То есть как?

– И медик тоже.

Мортимер никак не мог понять, что было не так в этом человеке. Похоже, странным было всё. В довершение, он провел рукой по своему раскрытому саквояжу справа налево, и ткань за рукой срослась с визгливым звуком. Не запахнулась. Не закрылась как-то, а именно срослась, оставив ребристый шов.

Только теперь Мортимер обратился к потерпевшему:

– Как вы?

– Неплохо.

Огромная рана во всю длину бедра наискось со внутренней стороны на внешнюю была стянута и сшита… проволокой. И поблескивала, будто остекленела.

– Он уколол меня пребольно… пальцем… – будто в бреду, говорил между тем раненый командир экипажа. – И я после этого совершенно не чувствую боли. Так и должно быть?

– Да, сэр, – с усилием подкачивая в голос уверенность, сказал Мортимер. – Сейчас едем в госпиталь. Вас осмотрит доктор. Думаю, всё будет нормально.

– Благодарю…

– Тут еще один… – послышался голос Венса.

Вверив командира экипажа заботам санитаров, Мортимер вновь устремился на голос помощника.

Ветер сносил пар, но невзорвавшиеся котлы тоже были повреждены и выдавали его всё больше.

– Что там?

– Нет, похоже, не успели, – сказал Венс. – Этот повис на тросе гудка. Смотрите.

Венс и тот странный механик дирижабля укладывали тело, снятое со случайной виселицы.

Мортимер осмотрел. Труп. Всё ясно. И отвернулся, сделал шаг прочь.