– Сюда едет полиция, – сообщил я. – Скоро они прибудут. Видели кого-нибудь поблизости?

– Нет.

Я чувствовал, как она дрожит. Мы замерли, прижавшись друг к другу, прислушиваясь. Неожиданно она схватила меня за запястье. Рука ее была холодная, как лед.

– Вы что-нибудь слышали? – прошептала она.

Я вслушался не дыша.

Где-то в домике скрипнула доска. В тишине этот звук раздался громко и пугающе.

Лидия вздрогнула и крепче сжала мне руку.

– Спокойней, – шепнул я ей почти в ухо. – Двигайтесь как можно тише.

Я подвел ее к двери и поставил у стены так, что, если бы дверь открылась, она оказалась бы за ней.

Еще раз скрипнула доска, затем я услышал, как открывается дверь в коридоре.

– Они здесь, – прерывающимся голосом вымолвила Лидия.

– Оставьте это мне, – заметил я, отнюдь не чувствуя в себе той уверенности, с которой утешал Лидию.

От легкого шуршащего звука в коридоре сердце у меня застучало. Скрипнула, поворачиваясь, дверная ручка. Заслонив собой Лидию, я замер, держа палец на спусковом крючке.

Дверь распахнулась, прижав нас к стене. Ногти Лидии впились мне в руку. Я молил Бога, чтобы она не ударилась в панику и не закричала.

Сквозь щель между дверью и косяком я заметил тень приземистой широкоплечей фигуры. Некоторое время Борг постоял в дверном проеме, всматриваясь в темную комнату, затем сделал два осторожных шага и оказался внутри комнаты.

Я напрягся и замер. Я слышал, как он подошел к окну. Следующим движением он, естественно, заглянет за дверь, и тогда весь вопрос будет в том, кто выстрелит первый. Я не собирался дожидаться этого момента. Здесь преимущество было явно на его стороне.

Я освободился от руки Лидии и выскользнул из-за двери.

Борг открыл окно и, высунувшись, смотрел наружу.

Душа у меня давно уже вся ушла в пятки, но я заставил себя броситься на него.

Он как раз поворачивался. Ухватившись за ствол пистолета, я изо всех сил ударил его рукояткой по голове. Борг был в неустойчивом положении и, ошарашенный, потерял равновесие. Но все же он сумел увернуться, так что основная сила моего удара пришлась мимо цели. Пистолетная рукоятка ободрала ему щеку и лишь слегка оглушила его. Собственный его пистолет выпал, когда он кинулся ко мне, его здоровые лапы инстинктивно сомкнулись на моих запястьях. У меня было полное ощущение, будто я попал в объятия медведя. Я попытался отшвырнуть его, но с таким же успехом можно было бы оттолкнуть от себя Эмпайр-Стейт-Билдинг. Он был на полфута короче меня и использовал это преимущество, боднув меня под челюсть макушкой, твердой, как бетонный столб. Этот толчок создал иллюзию удара кувалдой, и я почувствовал, что у меня подгибаются колени. Он опять попробовал этот финт, но на этот раз я успел убрать челюсть. Я зацепил его ботинком сзади за ногу и рванулся вперед. Он потерял равновесие, и мы шмякнулись об пол с треском, от которого на нас едва не свалилась крыша.

Мне повезло оказаться сверху. От толчка пистолет вылетел у меня из руки и пропал в темноте. Падение ослабило его захват. Я уже почти вскарабкался на ноги, когда из темноты вылетел кулак и попал мне в плечо. Он лупил с силой профессионала – от этого удара я свалился.

Урча от предвкушаемого удовольствия, он надвинулся на меня. Изогнувшись, я уперся ногой в его неохватную грудь, схватил его за руку и дернул. Он пролетел надо мной, как мешок с углем, и врезался в стену.

Я вскочил, схватил стул и, пока он был на четвереньках, обрушил ему на голову. Он несколько заскучал, но снова приподнялся и поймал меня под колени, прежде чем я успел повторить свою попытку.

Я едва не испустил дух от удара спиной об пол, и к тому времени, когда я очухался, он уже был сверху. Я сунул ему в физиономию растопыренную пятерню и немного его отстранил, но в ответ получил рубящий удар сбоку в шею, от которого почувствовал себя неважно. Все же я отпихнул его и, когда он снова полез на меня, ударил его в грудь.

Он свалился на спину, но, судя по всему, вся эта ерунда ему была нипочем. Он как раз поднимался на ноги, когда я рукой нащупал ножку прикроватного столика. Голова его вырисовывалась на фоне окна, представляя собой отличную цель. Я ударил его прямо по макушке столиком, который разлетелся от удара.

Он распластался и затих. Пыхтя, я склонился над ним и перевернул его на спину, чтобы убедиться, что он не прикидывается. Чувствуя себя так, словно по мне проехался бульдозер, я направился к Лидии, но не нашел ее.

– Лидия! – позвал я.

Она не ответила. Я добрел до выключателя и зажег свет.

В комнате ее не было.

Когда, продолжая звать ее, я вбежал в коридор, то услышал приближающийся звук сирены полицейской машины.

Я распахнул дверь домика и выскочил на веранду. Издалека сквозь деревья светили фары подъезжающего автомобиля.

Желтая вспышка пламени распорола темноту на противоположной стороне лужайки. Что-то просвистело у меня над ухом и расщепило доску двери. Тишину прорезал звук выстрела, и я шмыгнул обратно в укрытие.

Про второго-то бандита я и забыл, и он чуть меня не прихлопнул. Я пронесся по коридору в заднюю комнату за пистолетом.

От вида пустой комнаты у меня по коже поползли мурашки.