Конрад почувствовал, как на него нахлынула новая волна раздражения. Он знал жену Бардена. Внешне она не представляла ничего особенного. Она не была сильной, но, по крайней мере, в доме делала больше, чем Дженни.

– Еще неизвестно, что хорошо, – сказал он и спустился по ступенькам к плавательному бассейну.

Рядом с сорокафутовой вышкой док Холмс, два санитара, фотограф и четыре полицейских стояли у края бассейна, глядя в воду. Часть воды была алой, остальная была прозрачно-голубой. Как только они прошли мимо диванчиков для коктейлей к выложенному голубым кафелем бассейну, Барден сказал:

– Я уже видел это и не могу сказать, чтобы меня тянуло снова взглянуть.

Они присоединились к группе под вышкой.

– Ну, вот она, – продолжал Барден, указывая на воду.

Пол посмотрел на безголовое обнаженное тело, лежащее на дне мелкой части бассейна, и почувствовал приступ тошноты.

– Где голова? – спросил он, отворачиваясь.

– Оставили там, где нашли. Она была на столе в одной из комнат. Хочешь посмотреть?

– Нет, спасибо. Ты уверен, что это Джун Арно?

– Вне всякого сомнения.

Конрад повернулся к доку.

– О'кей, док. Я увидел все, что хотел. Можете заняться ею. Вы пришлете мне копию вашего заключения?

Холмс кивнул.

– Ладно, ребята, – сказал Барден, – вытащите ее из воды.

Трое полицейских неохотно прошли к воде. Один из них багром подцепил тело.

– Пойдем, поговорим пока с Фидером, – сказал Конрад. – Позови его, пожалуйста.

Барден послал за ним одного из полицейских.

– Ну, – спросил Конрад, когда они поднимались со двора в дом, – что ты думаешь обо всем этом?

– Похоже, что это сделано человеком, который был частым гостем в доме. Во-первых, его знал привратник, а во-вторых, он уничтожил кучу людей, которые могли бы его опознать.

– Если это не маньяк и не беглец.

– Привратник не открыл бы ему ворота.

– Мог открыть. Все зависит от того, что этот парень рассказал.

Когда они снова подошли к дому, двое полицейских прошли через главный вход с носилками, на которых лежало накрытое тело.

– Все, лейтенант, это последний. Там теперь чисто.

Барден усмехнулся и по ступенькам сошел во дворик.

– Как ты думаешь, Фидер чист? – спросил Конрад, усаживаясь в кресло.

– Не тот он человек, чтобы пойти на такое дело. И для чего? Она была его единственным клиентом, и на ней он сколотил небольшое состояние.

– Такая женщина, как Джун, должна иметь немало врагов, – сказал Конрад, вытягивая свои длинные ноги. – Тот, кто это сделал, вероятно, ненавидел ее.

– Она, похоже, имела массу плохих знакомых, – сказал Барден, проводя рукой по глазам. – Болтали даже о Джеке Маурере.

Конрад так и застыл.

– Что болтали?

Барден усмехнулся.

– Я так и думал, что ты мимо этого не пройдешь. Я не могу ручаться, но говорили, что он ее любовник.

– Вполне можно поверить. Именно Маурер способен на такое. Он достаточно безжалостен. Помнишь, что он сделал с бандой семь лет назад? Семь человек расстреляли у стены.

– Мы не знаем точно, его ли это работа, – ответил с сомнением Барден.

– Чья же еще? Те люди забрались на его территорию, и он избавился от них.

– Капитан не убежден. Он думал, что эти ребята якобы пытались повесить что-то на Маурера.

– Он знает, что я думаю об этом. Это был Маурер, и это побоище тоже его работа.

– Ты просто помешался на этом Маурере. По-моему, ты продал бы душу дьяволу, лишь бы увидеть его за решеткой.

– Я не хочу, чтобы он сидел за решеткой, – проговорил Конрад со злостью. – Я хочу, чтобы он сидел на электрическом стуле. Он слишком зажился на этом свете.

Вошел полицейский, кашлянул и доложил:

– Мистер Фидер, сэр.

Конрад и Барден встали.

Гаррисон Фидер – агент Джун Арно по рекламе – оказался худеньким человечком с жесткими проницательными глазами, тонкими губами и впалым ртом, похожим на мышеловку. Он схватил руку Конрада и сильно тряхнул ее.

– Рад вас видеть. Что произошло? С Джун все в порядке?

– К сожалению, нет, – спокойно ответил Конрад. – Она убита вместе с кучей людей.

Фидер проглотил комок. Лицо у него передернулось, но он взял себя в руки и сел в одно из кресел.