Она приземлилась на участок прибрежных водорослей, что выглядывали из грязного песка, словно длинные волосы, выгоревшие на солнечном свете. Она медленно сделала ещё несколько шагов перед тем, как остановиться у края воды. Воздух был спокойным и безмолвным, океан – чернильно-синим. Вдалеке виднелся мост «Золотые Ворота», ярко светящийся во тьме. На таком расстоянии, машины выглядели крошечными светлячками.

Коринфия положила свои поношенные пурпурные балетки на песок и ступила в воду. Жалящий холод океана сковал её ступни, и она поспешила отступить на берег.

Она опустилась на землю, прижала колени к груди и закопала туфли в песок. Ночной воздух был пронизан сыростью и запахом соли.

Она солгала Люку ранее. У неё и правда была любимая звезда. Полярная звезда. Ведущая звезда.

Она не была готова, когда он задал ей тот вопрос. Никто, осознала она, никогда с ней не разговаривал по душам, исключая Миранду. Ей казалось, честно ответить ему было бы слишком сокровенно. Да, она почти сказала. Ей отчаянно хотелось поделиться с ним этим.

И это была причина, заставившая её промолчать.

Она начала строчить по небу, прокладывая себе путь вверх и вниз, но энергия, исходящая от звёзд была слишком велика – она обжигала, отдаляя её. Перед тем, как она смогла оторвать взгляд, вспышка света взорвалась перед её глазами и боль обожгла её тело.

С криком Коринфия попятилась назад, упала на спину. И тут связь прервалась. Она глубоко вздохнула, стараясь впустить в легкие как можно больше воздуха. Падающая звезда вспыхнула над головой, на мгновение осветив пространство вокруг, разорвав покров ночи. Затем последовали еще три вспышки. Прерывисто дыша, она села.

Слишком близко. У неё во рту был горький, кислый привкус: вкус хаоса, беспорядка, взрывов энергии. Кометы, что пронзали небо, несли предельные разрушения, дикие и непредсказуемые. Свободные Радикалы.

Всякий раз, когда в утонченной схеме вселенной было отклонение, всякий раз, когда баланс был нарушен, рождались Свободные Радикалы, словно произвольные взрывы. Отправленные в космос вечно летать, они были противниками порядка, одиночными кусочками неконтролируемой Вселенной, инструментами хаоса и разрушения.

Свободный Радикал, присоединяясь к другому существу, изменял и трансформировал предрешённый путь его хозяина – как лозы, обвивающиеся вокруг огромных деревьев, пронизывая кору, выедая их силу, медленно опустошая дерево и, в конечном счёте, разрушая его.

Как раз в этот момент, Миранда возникла из темноты, словно всплывая прямо из пены бухты. Она присела на песке рядом с Коринфией, аккуратно расправила своё длинное белое платье вокруг ног, игнорируя грязь вокруг.

Коринфия краем глаза наблюдала за своей попечительницей. Она казалось напряженной, нервной, суетливой.

– Все хорошо? – спросила Коринфия.

Миранда повернулась к ней лицом и Коринфия поняла, что ошиблась. Миранда не была зла. Она была счастлива. Больше чем счастлива. Как это называлось? Воодушевлённой.

– Всё так, как и должно быть,- сказала Миранда с лёгкой улыбкой. – Ты выполнила задание, я полагаю?

– Конечно.

Прошло десять лет с тех пор, как Коринфию изгнали в качестве Исполнителя, и ни разу Коринфия не потерпела неудачу в выполнении поручения.

– А твоя ночь? Чем ты занималась на этот раз...каталась на трамвае?

Глаза Миранды загорелись, но её улыбка не исчезла. – Моя ночь прошла исключительно хорошо. И у меня есть хорошие новости для тебя.- Как маг, вытаскивающий карту, она радостно достала мрамор. – Это твоё последнее задание, Коринфия. И затем ты можешь вернуться домой.

– Последнее?- Волна восторга захлестнула грудь Коринфии. Ей действительно теперь позволят вернуться домой?

– Ты уверена? Откуда ты это знаешь?

Улыбка Миранды стала ещё более весёлой. – У меня свои способы. Ты же доверяешь мне, правда?

Коринфия кивнула. Доверие было ещё одним человеческим понятием, которого она никогда не знала прежде. Миранда научила её доверять.

Мрамор был прохладным в руке Коринфии. Ей казалось, он был ещё тяжелее, нежели обычно. Внимательно рассматривая его при лунном свете, она смогла увидеть движущиеся внутри него тени. Мрамор казался чрезвычайно холодным и это могло означать, что Судьба встревожена сильнее обычного. В чём бы ни заключалась её работа, она потребует всё её внимание.

Внутри мрамора тёмные тени кружились в водовороте. Появилось изображение руки с ножом. Это была рука Коринфии.