Мысли с дикой скоростью завертелись в моей голове.

А ведь действительно – первой моей мыслью, когда Эшли сказала мне, что в ее доме новый студент, я подумала, что тетя Энн опять идет на поводу у своей дочери, заселяя в домик для гостей красавчиков. То, что Эшли изменяла своему парню – качку, и капитану футбольной команды, я узнала, примерно в восьмом классе, когда она сбегала из дома, чтобы встретиться с Томом Гордоном, тем самым моим бывшим лучшим другом парнем-психом. После того, как Том окончательно свихнулся, Эшли, оставила его и стала встречаться только с Брайаном, заявив, что он и есть ее истинная любовь, и они собираются пожениться, когда закончат колледж.

– Она с ним рассталась сразу после возвращения из Франции. Я ведь даже написала статью в газете. Ты что, забыла?

– Я… я… да, это вылетело из головы. Я просто… из-за происходящего… не обращаю внимания на подобное.

– Я заметила, что ты в последнее время часто заикаешься, что с тобой? Нервы? Да, прости, не удивительно. – Дженни разгладила на коленях длинную черную юбку: - В любом случае, я не знаю, что творится с твоей сестрой. Мне одна девушка, с моего класса по литературе, сказала, что слышала, как Эшли плакала в туалете. Не знаю, что с ней происходит, но она точно не в себе. И, кстати, – Дженни набрала в грудь воздуха, как раз тогда, когда я подумала, не болит ли у нее горло от всей этой болтовни, – она даже отказалась принимать участие в олимпиаде по математике, которая будет весной.

Снова шок.

– Чего???

Я, Ева, Дженни, Эшли, Джордж, и его брат Дэнни, должны были отправиться в соседний штат, как представители школы, по олимпиаду по математике. Меня тут же дисквалифицировали, из-за того, что я несколько месяцев провалялась в коме, но я знала, как это было важно для Эшли.

Впрочем, как и для всех нас.

***

– Наверное, мне придется остаться в школе, подольше сегодня, – пробормотала Джен, когда мы с ней, остановились у своих шкафчиков, перед последним уроком. Мимо нас прошла Джессика, пытаясь выстрелить в меня своим смертоносным взглядом. Неужели она уже знает о нашем с Кэри поцелуе? – Миссис Мартинез, хочет провести дополнительный тест для меня, который, к сожалению, не вместится на перемене, так что не жди меня, а просто поезжай домой. И не забудь о фотке Кэри, ты обещала! Теперь после поцелуя ты просто обязана проявить настойчивость. Если мы выложим ее в нашей газете, мы войдем в историю школы, как самые крутые издатели! – Дженни рассмеялась с моего выражения лица, и быстро удалилась по коридору, а я второпях, развернулась, собираясь идти на факультатив по праву, но тут же в шоке шарахнулась от Евы, стоящей за моей спиной.

– Что с тобой? – Ева отступила на шаг, морщась, словно это я напугала ее, а не она меня. Под ее синими глазами залегли темные круги, губы были бледными, словно у мертвеца.

– Это с тобой что… - пробормотала я, устремляясь за девушкой, в сторону аудиторий. Чувство вины снова дало о себе знать: Ева так мучается, так старается перестать думать о прошлом, в то время, как я целуюсь с парнем, которого подозревали в убийстве ее сестры. Хотя это даже технически не был настоящий поцелуй, и я собиралась сказать ей об этом до того, как до ее ушей, донесется хоть намек на сплетню.

Я выдохнула:

– Послушай, Ева…

– Скай, – она резко остановилась, и я тоже. Благодаря тому, что в школе почти никого не осталось, в коридорах не было этой ужасной болтовни, и прочих шумов. – Ты должна помочь мне. Обещаю, что больше ни о чем не попрошу тебя. Честное слово.

У меня внутри заворочалось плохое предчувствие:

– Что случилось? Конечно, я помогу!

Девушка опустила взгляд в пол, покусывая внутреннюю сторону щеки. Ее нервозность передалась и мне, и я переступила с ноги на ногу.

– Сегодня я собираюсь выйти на работу в ночную смену.

– Что?! – я взбешенно сделала несколько шагов к ней, но подруга отступила:

– Просто послушай. Мне сейчас нужны деньги. На мамино лечение. Я… должна выйти на работу, сегодня ночью, но я не могу это сделать, потому что мне некому присмотреть за мамой…

– Ева, ты рехнулась?! – перебила я ее, хватая за плечи. Ее тело было каким-то ссохшимся, и ей не помешал бы здоровый, полноценный сон. – Ты себя видела в зеркало? Когда ты последний раз спала? Ты выглядишь как призрак.

– Ты собираешься помочь, или нет? – огрызнулась она, глядя на меня с яростью и мольбой в синих глазах.

– Я дам тебе деньги, Ева, – рассудительно сказала я. Знаю, придется ее заставить взять их, но я смогу это сделать. Я заработала их сама – летом, в магазине тети Энн, и в кафе «Блунайт», в будние дни. Ева должна взять их.

– Нет, – отрезала она. Я не удивилась. – Я сама смогу позаботиться о себе и о своей матери, Скай. Просто… - ее голос снова понизился, до изможденного: - Просто останься сегодня у меня дома, и присмотри за мамой.

– Ева, если тебе…

– СКАЙ! ТЫ МОЖЕШЬ СДЕЛАТЬ ЭТО, ИЛИ НЕТ?!

Ну вот, теперь она меня действительно пугает. Я кивнула, и Ева с видимым облегчением вздохнула.

– Встретимся после уроков, хорошо? Я… подожду тебя, когда твои занятия закончатся.

Девушка бросилась вверх по лестнице, а осталась стоять внизу, переваривая услышанное. Она выглядела очень странно, и я почувствовала, как меня терзает неприятное ощущение, связанное со всем этим.

Может… она подсела на наркотики?