– Она не хотела вам грубить девочки. Просто она устала от постоянных вопросов, о том, живет ли она с Кэри Хейлом. Вы что-то конкретное хотели спросить? Его номер? Размер обуви? Его обнаженную фотку в ванной?

Я резко поглядела на Дженни. Лицо девочек вытянулось, потому что они не могли понять, шутит подруга, или говорит правду. Конечно же она шутила – фотка обнаженного Кэри Хейла? У меня? Ха, и еще раз ха. Хотя, если признаться, я думаю, что, если бы попросила о чем-то подобном, он бы не был против этого. Он сам предложил раздеться, если я того пожелаю.

Дженни плюхнулась рядом со мной, на диванчик, морщась:

– Фу, воняет соломой.

– Ага, – буркнула я, принимая у нее стаканчик, и делая глоток.

– Ты, наверное, ненавидишь Эшли, верно?

Уже давно, да.

Я сосредоточилась на импровизированном танцполе, в центре амбара, пытаясь отыскать Эшли, но ее конечно не было. Минуту спустя, я с горечью поделилась:

– Я должна была быть здесь, для того, чтобы отвлечь подруг от нее, но видимо никто не вспомнил об имениннице.

Дженни согласно кивнула, и задумчиво произнесла:

– В последнее время, что-то странное творится, ты заметила? Эта стая всегда была ярче других. Джессика, Лайла, и Эшли ведь лучшие подруги, но они отделились друг от друга, и даже забыли о том, что у Эшли день рождения, после того, как организовали ей этот праздник. Даже не заметили, что ее нет.

– Зато здесь я, и я все замечаю, – мрачно оповестила я. Дженни рассмеялась:

– Скай, приободрись. Что бы ты сейчас делала, если бы осталась дома? Наверное, могла бы хорошенько отдохнуть, и дописать свое эссе на среду. Но тут, в этом старом, дряхлом амбаре с соломой, где воняет козами, ты можешь познакомиться с многими… пьяными подростками, которые будут подходить к тебе до конца вечеринки, и просить передать Кэри какую-нибудь записку или еще что-то.

– Спасибо, Дженни, – с сарказмом протянула я, улыбаясь. – Ты как нельзя лучше отразила мое настроение сейчас.
– Я встала на ноги, поправляя свой ярко-желтый пиджак, который недавно подарила мне тетя Энн.
– Знаешь, что, Джен? Я собираюсь пойти домой, и хорошенько выспаться

Подруга схватила меня за руку, вскакивая, как попрыгунчик:

– Как теперь ты уйдешь? Ты же пообещала Еве, что в случае чего поможешь ей с малолетними алкашами.

Я скривилась:

– Продолжаешь издеваться надо мной? Я думала, ты могла бы прикрыть меня…

– Нет, нет, нет, – Дженни отлепилась от меня, и сделала шаг назад. Теперь ей пришлось кричать, чтобы я услышала ее слова, сквозь музыку, разрывающую барабанные перепонки. – Я обещала Алексу провести с ним ночь в скайпе.

Я закатила глаза:

– Ты что, шутишь? Хочешь уйти?

– Вообще-то да, - Дженни ничуть не смутилась, а торжествующе скрестила руки на груди: - Кроме того, я не обещала Эшли ни-че-го, и могу спокойно уйти домой.

– С ума сойти, – протянула я. – У меня снова сомнения, что мы с тобой подруги.

Она рассмеялась:

– Я пойду скажу Еве, что уезжаю. И я позвоню тебе в двенадцать, спросить, появилась ли Эшли. – Я мрачно кивнула, наблюдая, как подруга исчезла среди танцующих людей. Большинство я даже не видела никогда, словно это была вечеринка Пэрис Хилтон или вроде того, и люди со всего штата решили посетить ее.

Кроме самой Пэрис.

Я упала обратно на диванчик, чувствуя себя разбитой. Мне хотелось есть и спать. И от всей этой музыки у меня раскалывалась голова. Ужасно.

Хочу домой.

– Эй, - Ева легонько потрясла меня за плечо. – Ты уснула.

– Да. Наверное, да. – Я потерла глаза. – От всей этой музыки… давай выйдем во двор?..

– Хорошо.

Мы с Евой двинулись вдоль стены, к огромным двустворчатым дверям. Я услышала дикий вопль, и испуганно обернувшись, увидела, как со второго этажа амбара прыгнул вниз какой-то подвыпивший парень. Он свалился прямо на установленный батут внизу, и издал победный крик.

Псих.

Мы с Евой значительно отошли от амбара, наслаждаясь приглушенной музыкой и легким ветерком, овеваемым наши раскрасневшиеся лица.

– Я должна тебе кое-что сказать, только ты не злись, – пробормотала Ева, и я резко обернулась к ней, подозрительно сощурившись. В темноте, разгоняемой импровизированными фонариками, установленными вдоль неровной дороги, ведущей к амбару, я видела, что подруга приобрела виноватый вид. Все наши прошлые «серьезные» разговоры, закончились не очень хорошо, во всяком случае для меня.

– Мне звонил Том.

– Ясно, – я кивнула, предчувствуя беду. Ева набрала в грудь воздуха. – Я очень переживаю, за маму.