«Снова не то? Может, хватит заниматься дурью?» — раздался в голове юного мага ехидный старческий голос.

«Отстань. И без тебя тошно», — привычно огрызнулся когтевранец.

«Уже замолкаю», — ещё раз мерзко хихикнув, амулет отключился.

Тяжело вздохнув, юный маг вновь погрузился в стопку книг.

После незабываемой встречи в подземельях Гарри, стараясь разобраться в случившемся, засел в школьной библиотеке, чередуя литературу оттуда с книгами из Выручай-комнаты.

Безрезультатно. Ни в открытой, ни в Запретной секции библиотеки, а также в книгах штаб-квартиры “Щита” юный маг не нашёл ничего интересного.

Даже обратившись к наставнику когтевранец не узнал ничего важного. К сожалению, амулет ничем не мог помочь в поисках мальчика.

Наставник, возможно, был бы и рад подсказать что-нибудь своему ученику, но, к сожалению, так и не смог понять, чего же от него хочет юный маг.

Он мог рассказать мальчику о видах магии, редких магических созданиях, как их создавать и выращивать в настоящих монстров, сборах магической энергии, призыве демонов и поднятии легионов нежити, но юного мага это не интересовало.

Куда больше его волновало другое - кто такая Луна Лавгуд и как она со всем этим связана.

Гарри не признался бы в этом самому себе, но его очень заинтересовали способности девочки.

На первый взгляд она казалась обычной безобидной чудачкой, но при более тщательном изучении приходилось признать, что за этой маской скрывается пусть и непонятный ему, но при этом не менее цепкий ум.

Да и её сила, позволившая Луне воздействовать на василиска… Он просто не понимал, как это у неё получается.

Его способность змееуста была сродни классической ментальной магии. При желании любой маг мог попытаться обучиться ей, вот только времени у него бы ушло на это очень много.

Луна же даже не пыталась пробраться в мозг древнего змея с помощью магии. Вместо этого её аура образовала странный отросток и начала напрямую взаимодействовать с разумом Рурсуса.

При этом не подавляя сознание, а выстраивая с василиском нечто похожее на основанный на эмоциях диалог.

Это то, что с помощью наставника Гарри сумел разобрать в манипуляциях девочки. Но вот как она это делает, когтевранец не понимал.

Луна же, похоже, проделывала это всё чисто интуитивно.

От такого наплевательского отношения к законам магии, а заодно и здравому смыслу, юного кандидата в Тёмные Лорды била дрожь.

Отчаявшись, мальчик даже предположил, что она не человек, а замаскированный демон, вампир или иное порождение Бездны, но амулет его заверил, что это не так.

По словам наставника, даже вампиры клана Малкавиан, по праву считающиеся главными безумцами теневого мира, были на такое не способны.

Хотя с этими клыкастыми ни в чём нельзя было быть уверенным.

Безумие Малкавиана теоретически может принять любую форму - от всепоглощающего стремления к убийствам до почти полной кататонии. Во многих случаях невозможно отличить Малкавиана от представителей других «разумных» кланов. Те немногие, чьи психозы сразу бросаются в глаза, считаются одними из самых страшных вампиров, встречающихся на улице.

Да и краткое описание сопутствующих этому клану бонусов — безумие. Если верить имеющейся у мальчика информации, то одно присутствие Малкавиана вызывает небольшие изменения. Хаос крадется за Безумцами по пятам, и те, кто завязывает общение даже с самым благожелательным из Малкавианов, обнаруживают, что их жизнь — или нежизнь — изменилась под воздействием безумия этих Каинитов.

Красивая теория. Вот только клан Безумцев, несмотря на свои странности, имеет ряд общевампирских слабостей.

Например: жажда крови или боязнь солнечного света, обойти которые не способен даже их полумифический патриарх. Наверное.

По крайней мере, желания поверять это у Гарри не было. Ему уж точно не хотелось встречаться с тысячелетним безумным вампиром.

Откуда у старой железки такие познания по одной из самых скрытных магический рас, юный маг не знал, но принял к сведению.

Луна же спокойно гуляла под солнцем, да и бросаться на сокурсников не собиралась.

И вот он уже почти месяц безрезультатно бьётся головой об загадку Луны Лавгуд.

Закрыв очередной талмуд, Гарри устало протёр глаза.

Сколько он уже тут просидел? Вроде когда засел за книги, было около четырёх, а сейчас стрелка часов приближалась к десяти.

Что же, не в первый раз.

Самое обидное, что никаких прорывов в изучении способностей странной когтевранки за это время так и не произошло.