Он отпустил меня, отстраняясь:

– Я больше не понимаю, о чем ты говоришь.

Но его ожесточенный голос, и отстраненный взгляд, подсказывали, что он все понял.

Я могу сейчас остановиться, и сделать вид, что пошутила, или сменить тему, или притвориться, что говорю о других вещах.

Один раз, два, три, ск олько ошибок ты будешь совершать ? В реальном мире у людей нет шанса искупить грех.

Я сморгнула слезы:

– Ты уже давно знал, о том, что происходит?

– Знал, о чем?
– он вопросительно посмотрел на меня. Но, может это из-за его души, или из-за того, что я слишком хорошо знаю его, но я вижу, как он лжет мне.

Сейчас, вспоминая о том, что происходило со мной год назад, я понимаю, насколько изменилась. Я думаю, и Кэри Хейл видит эти изменения во мне; Безликий сказал, что я должна опуститься в ад, в самую глубь темноты, чтобы заглушить боль вины. Это - ничто, по сравнению с тем, что испытал Кэри Хейл.

Смерть - ничто... иногда есть кое-что хуже смерти...

– Теперь я знаю, какая именно связь между тобой и мной, Кэри. Я знаю все, что ты утаил от меня, и я...
– я шумно втянула воздух, в легкие.
– И я думаю, что ты был прав, что иногда жизнь во лжи может принести успокоение...

Кэри Хейл медленно вздохнул, зажмурился, и взял меня за плечи:

– Что бы ты не узнала, это не правда, Энджел.

– Ты больше не можешь меня защищать, Кэри.

Мне хотелось бы выглядеть сейчас более оптимистично, но я чувствую, что в груди лопаются мои чувства по швам, и все обливается горячей болью, наполняет каждую клетку чувством вины.

Я видела, как в его глазах отразилась паника. Впервые за всю свою жизнь, должно быть, у этого парня не было плана, как поступить. Зато у меня был. Я шумно набрала воздух, и выпустила:

– ДАВАЙ. СДЕЛАЙ ЭТО. ЗАБЕРИ СВОЮ ДУШУ.

***

Повисло молчание, но даже оно было таким громким, что казалось, звенит в пространстве между нами. Кэри опустил руки по швам, глядя на меня, как врач смотрит на психа-пациента:

– Что, прости?

– Я сказала, я хочу, чтобы ты забрал свою душу. Из меня. Прямо сейчас. Быстро.

Кэри Хейл рассмеялся.

– Ты, должно быть, переутомилась, Энджел. Я приготовлю тебе бульон, и позволю остаться еще ненадолго.
– Он сделал несколько шагов, но я схватила его за руку. Он остановился, испепеляя меня взглядом:

– У тебя есть еще какие-то безумные предложения ко мне?

– Я знаю, что случилось между нами в прошлом, поэтому ты можешь больше не притворяться, Кэри. Я наконец-то все знаю, и это - шанс хоть раз в жизни правильно поступить.

– Ты сош...

– Теперь, ты должен забрать свою душу. Из моего тела.

– Если позволишь, я только приготовлю бульон, и мы обсудим...

– НЕ НУЖЕН МНЕ ТВОЙ ЧЕРТОВ БУЛЬОН! ДУМАЕШЬ, Я НЕ ЗНАЮ, ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ? ТЫ СНОВА ХОЧЕШЬ ВЛЕЗТЬ КО МНЕ В ГОЛОВУ, И ПОВЛИЯТЬ НА МЕНЯ!
– я запуталась, пока орала, и так как на Кэри Хейла это не произвело никакого эффекта, я снизила тон голоса: - Ты больше не будешь манипулировать мной, и обманывать меня, потому что я виделась кое-с-кем. И он рассказал мне правду.

– С кем ты виделась?
– Кэри Хейл полностью повернулся ко мне наклоняясь вперед, по привычке, словно думал, что мои слова не дойдут до него, если он будет возвышаться надо мной.

– Я виделась... с человеком, который сказал мне правду.

– Кто это был?
– повторил Кэри Хейл, словно я была на допросе. Я сглотнула, облизнула губы.

– Это был тот, о ком ты мне рассказывал. Безликий.

Кэри Хейл тихо рассмеялся:

– Зачем ему нужно было говорить с тобой?
– он перестал смеяться, и вздохнул. Судя по его взгляду, я поняла, что он снова собирается запудрить мне мозги.
– Слушай, Энджел, чтобы он не сказал тебе, это все не правда. Он лжец...

– Единственный кто здесь лжет, это ты, - бескомпромиссно заявила я.

Кэри раздосадовано вздохнул:

– Ты слишком легко веришь всяким подозрительным типам. Всяким незнакомцам.

– Легко поверить, когда ты уже знаешь правду.

– И что же ты знаешь?!
– Кэри Хейл стал выходить из себя. Он стал злиться, но вместе с тем, я знала, что он обдумывает новый план. Как уговорить меня успокоиться, как заставить усомниться...

– Я знаю, что все это - все, что происходит с тобой, все, что происходит со мной - это лишь моя вина. Я сделала это с нами, и у меня не было права винить тебя в чем-либо, ты лишь хотел, вернуться туда, откуда начал. Я забрала твою жизнь, и ты должен был забрать мою жизнь. Это был план.