Я вытер платком струящийся по лицу пот. Да, этой ищейке палец в рот не клади. Недооценил я его! До правды он добрался гораздо быстрее, чем я предполагал.

– У него нет никаких шансов скрыться отсюда, сэр? – обеспокоенно спросил Харгис. – Мне бы не хотелось, чтобы этот человек избежал наказания после всего того, что он сделал с мисс Вестал.

– Он не уйдет, – мрачно заверил Леггит. – Правда, в настоящий момент местонахождение убийцы неизвестно, но все дороги, аэропорт, железнодорожная станция у нас под наблюдением. Ему не уйти далеко.

Информация была весьма ценной. Сразу же, еще стоя в темном углу и вслушиваясь в скрипучий, полный уверенности голос лейтенанта, я начал строить план, как увильнуть от расставленных ловушек.

Возвращаясь в гостиную, мимо меня прошел коп.

– В помещениях для прислуги никого нет, – доложил он и спросил: – Осмотреть наверху, сэр?

– Да, обойди и там все подряд. – попросил лейтенант. – Не думаю, что мы его здесь найдем, но мисс Долан вполне может находиться в доме. Она оставила свой номер в отеле примерно час назад. Мы опоздали всего на десять минут с задержанием мисс. Не помешает осмотреть и ее комнату.

Итак, они охотились и за Евой!

Я бесшумно выскользнул из своего укрытия и прошел в кабинет Вестал. Закрыв дверь, я ждал, пока полицейский Джонсон поднимется наверх. Когда он направился осматривать второй этаж, я, взяв с собой магнитофон Вестал, выбрался из кабинета и прошел на половину прислуги, а оттуда – к черному ходу и в гараж.

Заводить машину я не стал, так как боялся, как бы в доме не услышали работу мотора. Поэтому, сняв с тормозов, я покатил ее, что было не так и трудно: ведь дорога шла под уклон.

Убедившись, что машину уже не увидят и не услышат, я включил двигатель и начал спускаться вниз по горной дороге, соблюдая все меры предосторожности. Мне отнюдь не улыбалось свалиться в пропасть, куда я не так давно отправил Вес-тал. Меня ждали более важные и срочные дела.

Я достиг пляжного домика Вестал на побережье примерно в час тридцать. Машину я спрятал среди кустарников. Так как домик оказался запертым, я, забравшись в заросли, сел на землю, оперся спиной о ствол дерева и приготовился к встрече с Евой.

Я знал, что лично меня ожидает, на этот счет у меня не было никаких иллюзий. Я не питал надежд скрыться от полиции. Времени было в обрез, а с перекрытыми дорогами, аэропортом и железнодорожной станцией шансы мои улизнуть из округи были равны нулю.

Но я больше не боялся. Последний раз страх посетил меня, когда я еще думал, что мне есть что терять. Теперь же, когда я понимал, что все утекло как вода сквозь пальцы, мне было решительно все равно.

Оставалось сделать только две вещи: позаботиться об Еве, а уж потом о себе.

Сейчас самым важным было свести счеты с Евой. Ни одна женщина до этого не вела со мной такой подлой и коварной игры. И мысль о том, что Ева будет первой и последней из них, приносила мне холодное удовлетворение. Места для других женщин в моей жизни уже не осталось. Да и жизнь моя тоже кончилась, если говорить откровенно.

Ровно в половине третьего я увидел на дороге маленький серый двухместный автомобиль, идущий по прибрежному шоссе.

Ева ехала быстро. Она не хотела заставлять своего возлюбленного ждать.

Развернувшись у хижины, она поставила машину так, чтобы ее нельзя было увидеть с дороги, и, вытащив из багажника чемодан, подошла к хижине, открыла дверь и скрылась внутри.

Я вскочил на ноги.

Полуденное солнце слепило глаза, оно нещадно нагрело песок до такой степени, что жар чувствовался даже сквозь подошвы обуви.

Я подкрался к хижине и толчком распахнул дверь.

Итак, мистер районный прокурор, я подошел к завершению своей истории. Я рассказывал почти два часа и, думаю, сумел нарисовать полную картину того, почему я пошел на убийство своей жены.

Вспоминая все сейчас, я более чем уверен, что никогда не прикоснулся бы к ней и пальцем, если бы не моя любовь к Еве. Вы можете подумать, что я стараюсь как-то оправдать себя, но это не так. Если бы не было Евы, я не сидел бы в этот момент здесь и не диктовал бы признание в убийстве. Я бы потихоньку тянул у Вестал деньги и скорее всего примирился бы с теми тяготами, что таил в себе наш брак. И лишь когда мне пришлось ломать себе голову, как остаться хоть на полчаса наедине с Евой, я вынужден был искать иное решение проблемы.