— Детка, скажи мне… — приказываю ей хриплым голосом.

Она прислоняется лбом к моему плечу и, не прекращая двигаться, сдавленно стонет:

— Я… я… кончаю…

Неистово целую ее и со стоном кончаю сам. Каждый толчок, как вспышка. Я чувствую, как заполняю ее изнутри. Непередаваемо… Что может быть лучше секса с любимой? Кончить в нее!

Некоторое время мы просто крепко сжимаем друг друга в объятиях. Я вожу пальцами вверх-вниз по ее спине. Она дрожит. Моя девочка дрожит, и это так прекрасно.

Слышу бешеный стук сердца. Но не пойму… мое это или ее. Дыхание постепенно восстанавливается.

Делаю глубокий вдох.

Провожу пальцами по ее ребрам. В ответ мышцы ее влагалища сокращаются вокруг моего члена.

Улыбаюсь.

Да… Это будет долгая ночь…

— Как думаешь, Ване понравится детская? — спросила Алина, когда мы выезжали из двора, чтобы забрать сына от ее родителей, а заодно и их вещи.

Неудивительно, что о ремонте Алина узнала только утром. Всю ночь мы занимались любовью, и нам явно было не до обсуждения детской.

— Ему нравится.

— То есть он уже видел? — удивилась Алька.

— Ну конечно. — Я протянул руку и, захватив ее ладонь, сцепил наши пальцы. Это уже как зависимость. Не хочу отпускать ее от себя ни на миг. С удовольствием бы брал с собой на работу, и пусть всегда сидит рядом со мной.

— Получается, он знал о ремонте в твоей квартире и молчал?

— В нашей квартире. Он пообещал молчать. Он же мужчина, мы с ним хотели сделать тебе сюрприз. — Я притянул к губам Алькину руку, и поцеловал тыльную сторону ее ладони. Ее рука так вкусно пахла. Да, знаю, я влюбленный дурак. — Паспорт у тебя с собой?

— С собой. А зачем тебе?

— Да так. Хочу кое-куда заехать.

— В ЗАГС, что ли? — улыбаясь, как какой-то веселой шутке, спросила Алина.

Ха! Ты попала в точку, милая.

— Жень, куда мы е…

Алина замолкла, как только мы въехали на стоянку Дворца бракосочетания.

— Пойдем. Пора уже сделать то, что должны были еще пять лет назад.

— Ты прямо сейчас хочешь жениться? — прошептала она, от удивления широко раскрыв глаза.

— Нет, глупая. Для начала я хочу подать заявление. И хочу это сделать вместе с тобой. Вчера было свидание, сегодня предложения руки и сердца, твое согласие и как результат — подача заявления.

— Женя, ты кое-что упустил. Предложения не было, и я не говорила «да». — Алина продолжала смотреть на меня с легким недоверием.

— Но ответа «нет» ведь не будет.

— Но и «да» не будет без предложения.

Я театрально уронил голову на руль.

— Ты сейчас издеваешься, да? — вздохнул поглубже, собираясь с мыслями, чтобы произнести длинную какую-нибудь романтичную тираду.

Алина с улыбкой покачала головой и потрепала меня рукой по щеке.

— Шучу. Пойдем скорее. Мне уже не терпится приписать твою фамилию к своему имени.

Через полчаса мы уже ехали мимо набережной в сторону дома родителей Али. От самого ЗАГСа держались за руки, боясь разъединить их даже тогда, когда я переключал скорость. Я в очередной раз дернул рычаг, и Аля отдернула руку. Бросил на нее взгляд, и с удивлением обнаружил, что она плачет и пытается незаметно смахнуть слезу со щеки.

— Милая, в чем дело?

Алина просто отмахнулась и продолжила смотреть в окно.

— Будем наступать на те же грабли? Снова будешь молчать? А я что хочешь, то и думай?

Она всхлипнула и прикрыла рот рукой.

— Мне просто… не верится… что это все… происходит, — глухо произнесла она сквозь рыдания. — Боюсь… проснуться. Кажется… еще минута и я… снова проснусь… в своей кровати… в доме родителей. Одна.

Оглядевшись, я резко вырулил машину влево и припарковался на стоянке у набережной.

— Пойдем-ка, прогуляемся, дорогая. — Открыл дверь машины, не отрывая взгляда от Алины.

Она шмыгнула носом, кивнула и тоже дернула за ручку. Мы оба вышли из машины, я подошел к ней и переплел наши пальцы.

Когда мы приблизились к парапету, Алина облокотилась на него и устремила взгляд на воду.

— Что тебя беспокоит? — Я подошел к ней вплотную со спины, одной рукой обнял за талию, а другой стал заправлять волосы за ухо.

— Знаешь… — начала она после минутного молчания. — Я целых семь лет жила с одной только мыслью: мы никогда не будем вместе. Сначала думала так, потому что не знала всю правду о нашей первой ночи, затем считала, что не смогу быть с человеком, который будет мне изменять.