Так сейчас говорю, ибо знаю, как оно на самом деле природно происходит и что остается потом на Земле спустя время, так называемого мною, буйства.

Не в угоду себе лично обо всем рассказываю и себя за то не хвалю, а просто упреждаю во многом и заблаговременно говорю, что стихией земной повелевать очень трудно. Так же, как и космической, если на счет того у кого возникнут какие сомнения.

Всегда в заботах состою и не под стать вам самим, всегда наготове. Хоть и велик наш ум-разум человеческий, да природа космоса все же пока сильнее.

Всегда может сюрприз природный преподнести и голову заветренную победами разными поостудить. Многие из вас не верят в меня самолично и во многом веру ту общую по самому ветру пускают.

Не требую я того лично от каждого, а призываю всегда лишь к уму и выдворению всякой глупости разной. Вера же сама в том самом вам помогает и если ровно в душе состоит, то и решения в жизнь такого же характера подвигает.

Под ровностью подразумеваю не горячесть ее, ко всему иному нетерпимую, а осознание действия в самом сознании вашем на уровне бытовом или просто рабочем.

Не должна выпячивать она себя никогда и быть просто опорой в деле сооружения ума разного, а не просто кликаньем каким или призывом к всеобщему бездействию вашему по случаю какому, просто во многом праздному.

Вот, что такое вера та в моем истинном понимании и так ее должны вы все воспринимать в себе сами.

Словами наружно выражаясь, дань того же и в жизни отображайте, а не просто приветствуйте кого-то во благо какого-то там дня нарождения или чего подобного.

Слово делом самим всегда подтверждено должно быть, а иначе, нет смысла его и произносить.

Сиим говорю и своеобразно наказываю многим веру ту разную, по земле общей в именах различных разошедшуюся, к одному уму прибрать и довести до дела общего облагораживания ума вашего каждому в своей стати земной по отдельности.

То дело ваше как добрать слова сии мои сейчас и как ими распорядиться во времени. То ли веру в единое действительно под именем одним собрать, что-то прообразное и общее для всех находя, то ли по отдельности и далее состоять, но в целесообразии сказанного мною и к пути тому общему умственно состоящего ведущему. Не делю я людей по вере той разной, хотя иногда и прикладаюсь кое к чему для ее подтверждения.

Есть для меня человек и он в единой вере сам сложен или, проще говоря, душевно. Душа та, мною видимая, и есть основная вера его и по частицам ее я сам все то определяю.

Не уподобаю я никому, но в то же время отторгаю веру всякую насильственную или заносящуюся вглубь сердец ваших изподневоль.

То не вера уже состоять в человеке том будет, а просто страх один, что веру ту как раз губит и зарождает в нем самом по истине своей звериное существо.

Веру любую понимать умом надобно, а не просто приставать к ней, как к языку какому, мало для самой жизни подходящему.

Верой по счету большому руководствоваться нужно, ибо она ко всему хорошему призывает, а не к огню-пламени какому вражды общей безбрежной.

Войну никакую никогда не освящал я и впредь того делать не буду никогда. Есть на все ум и он способен порешить без того дела какие, а коль и возвелось что и где по недомыслию общему, то и пресекать надобно раз и навсегда, чтобы вовсе искоренить, а не злобу внутри во времени затаивать.

Поясняю я сейчас многим, что всякая война, прежде всего, теми затеяна, кто на ней поживиться хочет или что-то поиметь лично себе. От того, как говорится, и рассуждайте, а не придумывайте оправдания разные, что злобу ту наперед подвигают и делают ее смыслом жизни вашей всеобщей.

За разжигание войны какой наказание должно быть наиболее суровым и одноразовым. На том свет белый ваш и стоит, что мир во всем космосе наблюдается, а не война какая-то, уже мною с кем-то затеянная. Нет того среди нас и не будет такого никогда. Слишком видима цена жизни добытой и слишком дорога капля крови, которую вы беспрестанно везде проливаете.