Смески жили меньше своих родителей гномов. Начальный возраст вступления в брак для смесков наступал в 35 лет, этот возраст бы в два раза меньше, чем минимальный возраст вступления в брак самих гномов. Сам брак вполне возможно было заключить и раньше почти на 20 лет, но в гномьем обществе такое не приветствовалось, и рассматривалось как педофилия.

В это самый момент Санька решил, что фрукт созрел.

– Отец, я обещаю, что больше не буду драться, если...

– Есть два условия.

– Говори уже!

– Первое. Если ты мне наймешь учителя по боевым искусствам. И второе. Если ты позволишь работать в лавке. Мне нужны свои личные деньги.

– Ой, чует мое сердце...

Мысль о том, чтобы направить неуемную энергию дочери в правильное русло уже приходила в голову гнома. Степенные и медлительные гномы больше привыкли к размеренному течению жизни. Но сам Тарвин как раз и был из числа отчаянных путешественников. Он видел жизнь в человеческих городах, поэтому в отличие от большинства гномов уже видел в глазах дочери отблеск разума формирующейся личности.

– Хорошо. Мы обсудим это на днях...

– "Ура! Это победа", - когда отец принимал положительное решение, он почти всегда заканчивал разговоры подобным образом, этот момент, кстати, уже давно подметили ушлые торговцы, разбивая гнома в спорах в пух и прах, подмечая тонкости в манере общения Тарвина. В желании помочь отцу с продажами не было ничего изощренного и хитрого, стоило помочь в семейном деле именно сейчас, пока дело не вылетело в трубу стараниями многочисленных "друзей" отца.

– Мастер Тарвин?

В дом, приоткрыв дверь и вежливо склонив голову, прошел старый гном.

– Чем могу быть полезен?

– Сегодня в магистрат города прибыл сам Подгорный Король, вы наверное уже слышали новости. Но я не по этому вопросу.

Старик бросил любопытный взгляд на Ди.

– Его Королевское Величество просит вас с дочерью на прием. Желательно прямо сейчас.

Пока отец, задумчиво поскребывая густую шевелюру, заторможено двигался за провожатым, то и дело, оглядываясь на дочь, Санек неким шестым экстрасенсорным местом чувствовал приближение неприятностей.

Войдя в зал магистрата вслед за отцом, сознание Дайны тут же отметило многочисленную группу придворных мастеров. В числе шепчущихся негромкими голосами бородатых мужчин мелькал уже знакомый молодой гномик с опухшим носом.

– "Блин, неужели настучал... вот гад..."

– Мастер Тарвин, - вся многочисленная толпа мгновенно замолчала и в зале сгустилась тишина, вперед выдвинулся зрелый и массивный гном, очень высокого для гномов роста, с длинной густой бородой.

– Да, Ваше Величество.

Санька ощутила, как ползут по ее фигуре десятки оценивающих взглядов.

– "Хорошо, что не успела переодеться".

– Наслышан о ваших путешествиях Мастер. Удивительные соглашения, они очень помогли нам в прошлые года. Поставки стали в Союз Двенадцати, помогли нам не опустить уровень закупок продовольствия. Вы сами понимаете, как мы уязвимы в этом отношении.

– Это моя работа Ваше Величество.

Где то говорят что краткость сестра таланта. В разговоре с монаршими особами следовало сохранять трезвый ум и держать свой язык в узде. Это правило Тарвин усвоил уже давно, поэтому терпеливо ждал, чем закончится эта нежданная аудиенция.

– Ваша дочь?

– Да, Ваше Величество.

– Красивая. Сколько ей лет?

– Семь.

– Совсем ребенок.

Король удивленно обернулся на толпу сановников, выискивая кого-то взглядом, задумчиво покачивая головой.

– Как же так получилось, что ваша дочь смогла побить мужчину почти на 55 лет старше ее?

– Это гномику 62? Да он на все 20 выглядит, еще и жаловаться побежал, - Дайна не смогла сдержаться от подобной несправедливости.

Тарвин застыл каменной статуей, изо всех сил сдерживая волнение в крови. Монарх у гномов это не просто монарх, это вершитель судеб, одно лишнее слово и неугодных возьмут в секиры. Тарвин был далеко не простак, простофиля в человеческих землях не добился бы таких высот, у него было несколько козырей в рукаве. В случае чего он сможет забрать с собой десяток другой гвардейцев, а может даже и ранит самого короля. Но дочь это, скорее всего не спасет...

– Ваше Величество, не слушайте мою дочь, она еще мала и не всегда знает, о чем говорит.