– Но ведь не ради безделья он отпросился на две недели ловить осетров.

– Осетры, без всякого сомнения, придуманы для ширмы. И сделано это вроде бы без ведома Вениамина Федотовича.

– Да, узнав от Бирюкова о смерти брата, Мамаев тут же позвонил начальнику охраны банка и удивился, что никогда не рыбачивший Руслан вдруг собрался на браконьерскую рыбалку… – Голубев, задумавшись, помолчал. – По словам Ивана Мефодьевича Кузина, было нечто темное в приобретении комнаты для Руслана. Это правда, что труп бывшей хозяйки обнаружили в лесу под Бердском?

– Правда, но причастность к ее убийству братьев Мамаевых – под очень большим вопросом. Документы на покупку комнаты у Гуськовой оформлены безупречно. Уплата денег бывшей хозяйке заверена у нотариуса. Все полагающиеся при этом налоги уплачены. Путевку в дом-интернат Вениамин Федотович раздобыл и вручил старушке при свидетелях. Доставлять же Гуськову к новому месту жительства Мамаев на себя обязательства не брал. С кем она уехала, неизвестно.

– У нее же какие-то вещи были…

– Какие там вещи у восьмидесятилетней одинокой старухи. Стол, табуретки, железная кровать с постелью, шкафчик с посудой и допотопный холодильник вошли в стоимость комнаты и остались Руслану. А немудреное бельишко да верхняя одежда вместились в две дорожных сумки. Их бросили возле трупа. Исчезли только деньги, полученные за комнату.

– Почему так долго не раскрыто преступление?

– В основном из-за того, что до сих пор не обнаружен пистолет девятимиллиметрового калибра, из которого застрелили старуху.

– Надо исследовать тот, что найден у нас в лесопосадке.

– Сейчас эксперты им занимаются.

Когда Голубев изложил суть своего разговора с Кузиным, Веселкин сказал:

– Я и раньше догадывался, почему Иван Мефодьевич прекратил публикацию, разоблачавшую адвокатские финты Мамаева.

– Почему же никто из правоохранительных органов не заинтересовался началом той публикации? – спросил Слава. – Если бы наша районка напечатала что-то похожее, прокурор Бирюков сразу бы взял криминальные факты на заметку.

– Но районная газета криминальных фактов не печатает?

– Нет. На ее страницах, главным образом, тоскуют о том, как легко жилось в недавнем прошлом, и сокрушаются, что утеряны все завоевания социализма.

Веселкин улыбнулся:

– Лафа вам с такой газетой. А в Новосибирске – тьма разных газет. И в каждой – сплошная чернуха. Если один что-то разоблачает, другие это же защищают. Начни заниматься газетными разборками, некогда будет раскрывать преступления.

– Однако факты у Кузина о «финтах» Мамаева серьезные.

– Кузин проводил журналистское расследование. Для него критерием являются устные разговоры, логические выводы и собственная совесть. Мы же – люди государевы. Сам ведь знаешь, что слово к делу не пришьешь. Нужны улики. Тем более, когда это касается опытного юриста, которого одними словами к стенке не прижмешь.

– Потому братва и распоясалась. Запросто телефонные разговоры подслушивают.

– У братвы законом руки не связаны. Установить «жучок» – пустяковое дело. Нам же, чтобы получить санкцию на прослушивание телефонных разговоров, как минимум неделя нужна.

– Казуистики у нас хватает, – согласился Голубев. – Ума не приложу, почему скрывается Геннадий Потехин, и не знаю, где его искать.

– В Новосибирске – найдем. Если скрылся за границу, придется развести руками.

– С Мамаевым ваши оперативники не беседовали?

– Вениамин Федотович обескуражен семейной трагедией. Ему сейчас не до бесед.

– А мне очень хочется с ним поговорить.

– Бог даст, поговоришь. Адвокат из Новосибирска никуда не денется.

– Вдруг что-то новенькое появится, сообщи сразу Бирюкову.

– Конечно, сообщу.

В райцентр Голубев вернулся к концу рабочего дня. Бирюкова с Лимакиным он застал в прокурорском кабинете и с ходу принялся излагать собранную в Новосибирске информацию. Когда Слава выговорился, Бирюков уточнил у него некоторые детали. Недолго подумав, сказал:

– Без Геннадия Потехина распутать этот клубок трудно.

– От Василия Григорьевича Кудрявцева телефонного звонка не было? – спросил Голубев.

– К сожалению, нет.

– А вообще что тут за день нового?

– Приезжали две похоронные команды из Новосибирска. Лоцию увезли хоронить в Новосибирск. Руслана зарыли на местном кладбище.

– Адвокат Мамаев участвовал в похоронах брата?

– Не было Вениамина Федотовича, – сказал следователь Лимакин. – Он оплатил все расходы, связанные с погребением, и могильщики управились без его участия. Даже отца не пригласили.

– Странно… Охранник адвокатской конторы заявил, будто Мамаев уехал в район решать семейную проблему.

– Или адвокат солгал охраннику, или охранник – тебе.