Гугон Кул словно онемел, услышав ее.

— Ну как? — резко спросил Кел Аран. — Начинать передачу, адмирал?

Летучее создание на его плече снова мелодично хихикнуло.

В наступившей тишине слышно было только хриплое дыхание адмирала.

— Ну ладно, — сказал наконец Кел Аран и протянул руку к клавиатуре экрана.

— Нет! Не надо! — прохрипел Гугон Кул. — Я отзову флот. Мы должны встретиться… потом. Я… я заплачу тебе.

— Прекрасно, — ухмыльнулся Кел Аран.

— Ты встретишься со мной? — настаивал адмирал. — Где? Когда?

— На черном Мистоне, — дерзко ответил Кел Аран. — В ту ночь, когда падет Малгарт!

Ужас звучал в голосе адмирала, когда он решился ответить:

— На Мистоне? Но на Мистон запрещено высаживаться всем, кроме роботов! Люди даже не знают, где он расположен! Как же мы сможем там встретиться? И разве ты забыл, что Малгарт бессмертен?

— Я найду дорогу, — пообещал землянин. — А Малгарт вовсе не бессмертен.

Снова что-то щелкнуло, и капитан «Барихорна» отвернулся от экрана. Сияя, он насвистывал ту самую «Балладу о последнем землянине», в которой обещал, что будет искать свою любимую до последнего вздоха.

— А теперь, — распевал Кел, — мы нашли ее!

Красные звездочки действительно повернули прочь, как и обещал адмирал. Но Джерон Рок продолжал мрачно качать головой, даже когда вел корабль к столице Галактической империи.

— Малгарт услышит о твоем обещании, Кел. Он гораздо сообразительнее нашего тупоголового приятеля-адмирала. Малгарт быстро поймет, что циркач Нуралек и землянин Сокол — один и тот же человек. Поймет он и то, что ты все еще ищешь Камень, а поняв, поспешит расставить ловушку.

Несколько капель рома заставили Сетей упомянуть еще кое-что из воспоминаний адмирала Кула. Как выяснилось, люди адмирала подобрали Верел Эйрин в открытом космосе недалеко от орбиты Земли, где она плавала в скафандре с разряженными аккумуляторами. Когда Император, пожелавший наблюдать за казнью пойманных землян, увидел девушку на экране, он был поражен ее красотой и немедленно приказал доставить «прекрасную мятежницу» на Ледрос. Верел накачали наркотиками и привезли к Императору. Но когда монарху надоест красота пленницы, ее казнят, как казнили всех остальных жителей Земли.

— Накачали наркотиками… — прошептал Кел Аран. Лицо его посерело от горя. — Верел — во власти Тедрона Ду… — Серые глаза капитана засверкали от ненависти, — Мы летим на Ледрос, Барихорн. Мы отнимем у Тедрона Ду Верел и Камень и отплатим ему за все его преступления.

Джерон Рок напомнил капитану, что на Ледросе полным-полно солдат и кораблей Галактической гвардии, что нас там наверняка уже ждут, и не с распростертыми объятиями… Но Кел и слушать не стал. «Барихорн» мчался к Ледросу. По дороге мы несколько раз вылезали наружу, чтобы снова покрыть корпус корабля светопоглощающим составом. Документы «Синей птицы» сожгли, а цирковой реквизит попросту полетел за борт. Теперь оставалось только ждать, пока «Барихорн» принесет нас в столицу Галактической империи.

Даже с нашими суперсовременными двигателями это путешествие заняло несколько недель. По дороге мы изучали карты, а также составляли и отвергали бесчисленное множество планов.

— Ледрос — самая большая из планетных систем Галактики, — рассказывал Кел Аран. — Вокруг ее тройного солнца крутятся по своим орбитам сорок огромных планет. На многих расположены собственно владения Императора — дворцы, сокровищницы и административные здания. Но больше половины планет Ледроса отведены под казармы и военные базы Галактической гвардии. Личный флот Императора втрое больше эскадры Гугона Кула!..

Нам повезло. Мимо серых крейсеров охраны мы проскользнули, укрывшись в тени огромного грузового корабля, везшего продовольствие солдатам Императора. Миновав кольцо внешних вооруженных планет, мы повернули наконец к райской планетке Тедрона Ду.

Все три солнца системы — малиновое, бело-голубое и бледно-зеленое — вальсировали в пустоте, освещая волшебным светом два десятка планет, сверкавших, словно драгоценные бусы на груди космического великана. А планета, на которую мы направлялись, была самой роскошной из всех этих драгоценностей. Всю ее поверхность покрывали потрясающей красоты зеленые сады, величественные дворцы, колоссы и триумфальные арки, воздвигнутые в честь бесчисленных побед многих поколений правителей Галактики.

Мы нырнули в тень планеты и выключили двигатели, чтобы спрятаться от патруля. Затем Кел Аран отогнал сатурнианина от пульта управления и посадил «Барихорн» в саду одного из дворцов, надежно укрыв корабль на дне большого бассейна.

Теперь Кел Аран был мало похож на сокола. Его посеревшее лицо было мокрым от пота, руки дрожали, голос прерывался.

— Не пройдет и получаса, — шепнул он, — и мы спасем Верел. Или узнаем, что она мертва.

Кел Аран предложил мне подняться наверх вместе с ним. Шлюз корабля работал в воде так же хорошо, как и в безвоздушном пространстве. Мы вошли в него без скафандров, поскольку воздух в саду был вполне пригоден для дыхания. В руке каждый из нас сжимал лучевой пистолет. Вода хлынула в открытую дверь шлюза, и я задержал дыхание. Не дожидаясь, пока камера заполнится водой, землянин выбрался наружу и рванулся наверх, к свету. Я последовал за ним.