Он взял стул и подпер им дверь. Теперь они могли чувствовать себя в относительной безопасности. Никто не ворвется в спальню без их ведома.

– А кто я еще, если не дурочка? Поверила будто с Самаэлем можно договориться, - Ева фыркнула, показывая насколько абсурдна эта мысль. – Он ведь с самого начала был в курсе, что нас ждет. Ему плевать на наши жизни. Он и тебя ни во что не ставит.

Правая щека Алекса дернулась, точно от пощечины. Ева прикусила язык. Должно быть, не просто смириться с новостью, что родной отец хладнокровно готовит тебя для жертвоприношения.

 - Прости, - пошла она на попятную, - я не хотела бередить эту рану.

– Отчего же? Давай все обсудим, - Алекс встал напротив Евы, расставив ноги и спрятав руки в карманы джинсов.
– Мой отец поступил, как последний скот. Я обязан его ненавидеть. Только это не так-то просто. Всю сознательную жизнь я пытался заслужить, если не его любовь, то хотя бы уважение. Я мечтал, что однажды он признает во мне равного. А он ждал подходящего случая, чтобы избавиться от меня.

 - Не могу представить, что ты сейчас чувствуешь.

 - Я чувствую себя жалкой шлюхой, которую поимели, не заплатив, - признался он.

 - Именно поэтому ты обязан мне помочь, - у Евы появился шанс переманить Алекса на свою сторону. – Не делай вид, будто ничего не происходит. Или ты хочешь и дальше подчиняться? Я же вижу, ты не выносишь Самаэля, но вынужден исполнять его приказы. Может, пришла пора освободиться?

 - Хватит психотерапии. Я понял твою идею.

 - И каков ответ? – она затаила дыхание.

 - А разве не ясно? Я пробрался сюда, рискуя навлечь на себя гнев отца.

Ева кивнула. После всего сказанного ее доверие к парню возросло. Алекс не похож на человека, готового пожертвовать собой ради мифического общего блага. Он вообще мало походит на жертву.

– Что нам делать? – она с надеждой посмотрела на Алекса. Он старше и опытнее во многих вопросах. Сейчас она ждала от него как минимум поддержки и как максимум спасения.

– Попробуем сбежать. Я говорил с Викой, - он улыбнулся, припомнив как хороша была Война в роли отвлекающего маневра. Фурия и тот не устоял.
– Она согласна на побег. Макс и Виталик тоже не откажутся сохранить свои шкуры.

– Куда нам бежать?

 - Подальше отсюда. На Землю. Конечно, мы должны будем прятаться всю жизнь, но лучше так, чем вовсе не жить.

Игра в кошки мышки с курфюрста не то, о чем Ева мечтала. Придется забыть о карьере экономиста, отказаться от детей. Страшно представить, что будет, если они попадут в руки к Самаэлю.

Эмоции отразились на лице Евы, и Алекс ее подбодрил:

 - Не расстраивайся раньше времени. Давай, сперва выберемся из этой передряги, а потом будем строить планы на будущее.

Но она ничего не могла с собой поделать. Стало до того жаль себя, что на глаза навернулись слезы. За что ей это? Она всегда была примерным ребенком. Домой возвращалась не позже одиннадцати вечера, училась на пятерки, компьютерным играм предпочитала книги. А в благодарность одни беды: пьющая мать, отсутствие друзей, теперь еще и демоны жаждут ее смерти. Вот она – плохая карма в действии.

Ева не заметила, как оказалась в объятиях Алекса. Они пришлись как нельзя кстати. Она, сама того не осознавая, остро нуждалась в поддержке. Ева охотно приняла знак внимания и прижалась к груди парня. Он ничего не говорил, едва ощутимо поглаживая ее по голове, точно она маленькая девочка. Постепенно слезы сменились редкими всхлипами. Ева успокоилась и подумывала отстраниться, но какая-то часть ее не хотела этого. Она даже знала имя этой части – Тьма. Та проснулась как всегда не вовремя. Шевельнулась внутри, как дикий зверь, запертый в клетку. Еще немного и прутья клетки не выдержат, Тьма вырвется на свободу.

Ева усилием воли попыталась затолкать ее обратно - поглубже внутрь себя. Туда, где она обычно прячется – в темные недра души. Но Тьма была настойчива, близость Алекса придала ей сил. Тогда Ева попробовала сделать парня своим союзником в борьбе с Тьмой.

 - Не надо, - попросила Ева.

 - Отчего же? – Алекс расстегнул верхнюю пуговицу на ее блузке.

 - Я не хочу, - протест прозвучал кокетливо, что неприятно поразило Еву.

 Как следствие, Алекс не поверил:

 - Не правда.

Его губы прижались к ее в жадном поцелуе. Страстный порыв испугал Еву, и она отвернулась, глотнуть воздуха. Тогда его губы переместились на ее шею и плечи. Ева повторила попытку оттолкнуть его и в этот раз у нее получилось. Вырвавшись из рук Алекса, она отступила, но почти сразу уперлась копчиком в край стола. Здесь Алекс ее и настиг, с такой силой вдавив в стол, что тот сдвинулся с места, а ваза пошатнулась и упала на пол, с жалобным звоном разлетевшись на осколки.

Окончательно сводя сопротивление Евы на «нет», Александр схватил ее за запястья и завел руки ей за спину. Его прикосновения и поцелуи лишали воли, необходимой для борьбы. Невозможно было противостоять одновременно Алексу и Тьме.